Железный Феникс

— Не надо ничего учить, всё само запоминается. Только практика и личный опыт.

Старательно подавляю желание хлопнуть себя по лбу. Глупо надеяться переубедить настолько упоротого товарища.

Но Капец ещё не закончил меня просвещать.

— Зато ты всё усложняешь, Максин, — продолжает он обвинительно. — И себе, и мне. Творишь странное вместо того, чтобы поступать, как сказано. Хочешь, чтобы всё было по-твоему? Да зачем? Всё уже до тебя придумали, бери и делай!

Нахально усмехаюсь:

—Я делаю не как сказано, а как лучше! Только твоей пустой головой этого не понять.

Кажется, тролля наконец задевают мои слова. Вон, морда краснеет, а шрам — наоборот, заметно белеет.

— Если уж на то пошло, — с тщательно скрываемой, но от этого не менее очевидной злостью говорит он, — не тебе рассуждать о методиках обучения. Ты из тех, кому вообще лучше бы не рождаться. А уж если угораздило — сиди и не рыпайся. Только время отнимаешь.

Ух ты, какие страсти! Оглушительно аплодирую этому придурку.

— Мне тебе посочувствовать что ли, педагог хренов? — насмехаюсь я.

Капец вздыхает с неприкрытым сожалением:

— Приказ Иерарха не обсуждается. А исполнители ему нужны только лучшие из лучших.

Вот это самомнение у некоторых! После такого откровения могу только поржать. Этому троллю дорога в стендаперы, а не в учителя, отвечаю!

— Если ты лучший, то я вообще боженька, — выдавливаю сквозь хохот. Капец раздражённо сопит. Злится небось, что сопляк вроде меня его поучает.

— А хочешь знать, кто считается лучшим в моём мире? — спрашиваю, когда успокаиваюсь настолько, что могу нормально говорить.

— Ну давай, удиви меня, — высокомерно кивает Капец. И мне опять нестерпимо хочется треснуть его в хлебало. Но я сдерживаюсь, да. Потому что в задаром отбитых кулаках нет никакого смысла.

Больно можно делать и по-другому.

— В МОЁМ мире, — внушительно проговариваю, глядя прямо в забегавшие глазки недоучителя, — хорошие учителя умеют работать со всеми.

Тролль недоверчиво хмыкает:

— Если каждого такого наглеца уважать…

— Вот! — обличительно тыкаю в него пальцем. — Мы с тобой, Капец, каши не сварим. Чему-то учиться у тебя не вижу смысла. Ты уволен. А теперь возвращаемся домой.