Железный Феникс

Только подниматься теперь не спешит, сообразив, что так оно безопаснее. Пусть на пузе поползает, ему полезно.

Ну вот, теперь порядок. А говорят, с юным поколением трудно поладить! Да никто просто не пробовал.

— Язык, — наставительно произношу я, нависая над молодчиком, — создан для того, чтобы держать его за зубами. Особенно когда разговариваешь со старшими.

Пацан вдруг резко выдыхает, взмахивая ручонкой в мою сторону. Автоматически реагирую на движение, гася замах носком ботинка. Заготовленный для меня ледяной шип уходит вверх и в сторону, эффектно разбиваясь о магический барьер.

Ух ты, и правда магия!

Придавливаю подошвой ладонь неугомонного балбеса, а он шипит и пытается вывернуться. Бесполезно, приятель, только покалечишься.

— Перед тем как нападать, — продолжаю делиться с братишкой мудростью прожитых лет, — просчитывай риски. Не стоит недооценивать противника, даже если он выглядит безобидно.

— Да иди ты… — стонет упрямец. Отпускаю его и на пару шагов отступаю — ну а вдруг одумается.

Но малолетских мозгов хватает пока только на драку. Отдохнувший пацан довольно бодро поднимается и принимает какую-то хитрую стойку. Точнее, пытается принять.

Но вместо того, чтобы дожидаться, какой удивительный фокус он мне продемонстрирует, я подступаю к нему вплотную и шлёпаю по носу. Мальчишка тонко взвизгивает и, подвывая, падает сперва на корточки, потом на колени. Кровь вперемешку со слезами щедро заливает его щегольский костюмчик, неудержимо капает на землю.

— Не стесняйся признать поражение, как только понял, что не справишься, — задушевно сообщаю хлюпающему побитым носом сопляку. — Так ты сохранишь достоинство. А самое главное — останешься живым и здоровым.

Даю пару минут на осознание и спрашиваю:

— Ну что, хватит? Или ещё наставить по-братски? Так-то я много чем могу с тобой поделиться.

— Хватит, — гундит он. — Ты выиграл.

И тут же магический купол вокруг нас рассеивается, и в уши ввинчивается тревожный гомон. Мимо меня проносится золотисто-голубой вихрь.

К раскорячившемуся на земле сопляку подходит Фати и, отодвинув кудахтающую мамашу в сторону, приступает к диагностике. По крайней мере, её действия напоминают те, что она показывала мне в лазарете.