Железный Феникс

И вполне вероятно, что они оказались тут не просто так. Вон как на нас с Орлиной зловеще зыркают. У меня от этих взглядов аж шкура чешется.

А ещё на той самой дорожке виднеется компания примерно из десяти человек. В основном женщины разных возрастов и комплекций в таких же псевдоисторических костюмах. Они старательно делают вид, что просто там прогуливаются, но явно пришли в качестве группы поддержки. Скорее всего — не нашей.

— Надо же! — медовым тоном произносит дама, как только оказывается в зоне слышимости. — Я ожидала увидеть мычащего идиота с текущими слюнями, а твой сын выглядит даже лучше обычного.

Малолетка за её спиной прыскает в кулачок. Было бы мне на самом деле восемнадцать, оскорбительно получилось бы. А так просто принимаю к сведению. Получается, он меня даже не опасается? Ведь явно моложе. Выглядит хлипким. Никто не учил, что старших надо уважать? Позор его родителям.

— Зато твой малыш что-то сбледнул, — в тон новопришедшей отвечает Орлина, выступая вперёд и ненавязчиво прикрывая меня от недоброжелательных взглядов.

— За своим дурачком смотри, — мигом теряет фальшивую доброжелательность дама. — То-то он у тебя весь род позорит! Мало того, что бесталанный, так ещё и ходок, каких поискать.

Это как это «бесталанный»?! Судя по поведению той же Фати и даже по твоему собственному определению «ходок», как минимум одним общепризнанным талантом парень обладал! А вот благородной даме такие речи совсем не к лицу. «Клан Воскресенских», «Августейшая Пати» — а выражается как базарная баба.

Впрочем, может, у них тут так принято. Вдруг здешний уровень благородства измеряется витиеватостью посыла по матушке?

Но проверять это на практике и вмешиваться в дамский спор, пожалуй, не стоит. Как подсказывает жизненный опыт, виноватым окажешься со всех сторон. А вот угорающему как не в себя пацану лещей отсыпать не помешало бы. При случае займусь.

Но сперва нужно во всём разобраться и как следует расспросить Орлину.

— Может, ну их? — спрашиваю громким шёпотом, трогая женщину за плечо. Даму с сыночком, которые, конечно же это слышат, заметно перекашивает.

— Да, пожалуй, — чуть ли не поёт в ответ Орлина. — После того, как встретишься с отцом, ты всё равно их больше никогда не увидишь.

Звучит как старая добрая угроза. Но вместо того, чтобы испугаться, разозлиться или расстроиться, вторая жена победно улыбается.

— Так ты всё-таки преуспела, — почему-то радуется она. — Поздравляю.