Железный Феникс

Не волнуюсь, кстати, но пережитые за день впечатления водят в голове хороводы и мешают сосредоточиться. Не знаю, сколько проходит времени перед тем, как я забываюсь тревожным сном.

И будто бы через минуту подскакиваю. Сердце выстукивает бешеный ритм.

Неудивительно: надо мной тенью Немезиды нависает Эма. Замечает, что я проснулся, — и отшатывается.

— Нравится смотреть, как я сплю? — вопрошаю неприветливо. Но что-то мне подсказывает, что этот крендель подходил ко мне совсем не за этим.

— Хотел уточнить, не сдох ли ты, — фыркает рыжий.

Совсем не понимаю, чего он на меня так злится. Ну навалял слегка, с кем не бывает? Вряд ли он так же кровно заинтересован в моём исчезновении, как тот же Ангвар. Или даже Игор с Весенией. Последние, кстати, и то меньше эмоций выдают.

— Не дождёшься, — глумливо возражаю я.

— Посмотрим, — не сдаётся Эма.

И, помолчав, добавляет:

— Учти: никакой благодарности я по отношению к тебе не ощущаю. Ты просто странный чужак, который по недоразумению занял чьё-то место.

— А почему нет? — хмыкаю всё так же насмешливо. — Если ты мне его уступаешь, почему бы не занять? Ждёшь от меня благотворительности? Напрасно. Ущербным не уступаю.

— Болтай, пока можешь, — бормочет наглец. И укладывается на боковую. Видно, его хитрая стратегия заключалась в том, чтобы не дать мне выспаться. Умно.

Заснуть больше действительно не получается. Уверен, что у вышедшего на тропу войны Эмы тоже. Ждёт, наверное, что я его прямо сейчас захочу прибить, наивный.

Операция начинается за три часа до рассвета. Когда мы подходим к знакомому валу, там нас уже ждут. До омерзения бодрый, будто и не было бессонной ночи, Иерарх, и недовольный взъерошенный советник, прижимающий к лицу ладонь так, словно его тошнит.

— У нас всё-таки получилось настроить точку выхода внутри донжона, — радостно гудит Сердий, потирая руки. — И всё благодаря советнику.

Рах Шан с гримасой отвращения кривится, будто его не похвалили, а обругали последними словами.

— Я бы не хотел об этом распространяться, — непреклонно отрезает он.

— Да? — Сердий смотрит непонимающе. — А жаль — такой анекдот получился бы.

— Вот про свои деяния и рассказывай, — бросает Рах Шан, отворачиваясь.

— Ладно, — покладисто соглашается Сердий. И вручает нам с Игором круглые чёрные бусины размером с крупную горошину. — Возьмите экстренные портаторы. Оттуда добираться будете с их помощью.