Железный Феникс

— Что это?

— Вершина магической мысли, сотворённая больше двух тысячелетий назад, — уважительно произносит Капец. — Наш меч и щит в извечной борьбе с распространением Бездны.

Подхожу к таинственному устройству поближе и с некоторой опаской касаюсь гладкой поверхности пальцами. Камень как камень.

— Что-то я не пойму, — обращаю внимание на явное несоответствие в словах тролля. — Мы с этой Бездной сотрудничаем или боремся?

— Ни то, ни другое, — удивляет меня Капец. — Мы её используем. А она только и мечтает нас поглотить.

— Тогда разве пользоваться вашей магией не опасно? — уже ничего не понимаю я. — Вы же подключаетесь к Источнику…

Тролль охотно кивает:

— Ещё как опасно. Поэтому для мага так важен показатель резиста. Если он мал, то лучше к Бездне не соваться. И это не «ваша магия», а твоя, Макс Воскресенский. Ты выжил и теперь с нами в одной лодке. Даже если не считаешь родителей за своих.

Ну вот и меня ко всей этой петрушке припахали. Кто бы сомневался. Хорошо, что у меня своя голова на плечах имеется.

— Посмотрим, — отвечаю уклончиво. — Пока я в этом не разберусь, ничего не обещаю.

— Эолос Разрушитель пожертвовал собой, чтобы спасти мир, — произносит Капец так, будто это может меня в чём-то убедить. — Вместе с ним сгинули обе его супруги. А потомки членов Августейшего Пати с тех пор неуклонно поддерживают мировое равновесие.

Что-то мне ещё сильнее расхотелось Иерархом становиться! Пусть Игорёк мучается, раз оно ему надо. А я и так найду чем заняться. Но Капецу я, разумеется, об этом не сообщаю.

Ещё какое-то время мы с троллем дружно пялимся на сакральную каменюку. Моё зрение при этом будто показывает две картинки — привычную и заполненную энергетическими потоками. В какой-то момент я соображаю, что их можно переключать. Так и развлекаюсь, пока Капец напряжённо сопит — то ли молится, то ли что-то усиленно соображает.

Наконец тролль отмирает и приглашающе машет ручищей:

— Пошли что ли. Надо ещё в пару мест заглянуть.

Возвращаемся той же дорогой. Проходим мимо знакомой резиденции матриарха и двигаем в сторону папашиных владений.

— Вы же понимаете, что у вас не получится меня запугать? — раздаётся из-за ближайших цветочных зарослей знакомый голос. Звучит непривычно — будто сталью звенит.

Так.

И что, спрашивается, здесь делает Вирра?

Глава 18. Центр бури

— Да ладно тебе, Вирра, — второй голос явно мужской. Неприятный, будто липкий. — Хватит ломаться.