Железный Феникс

Он прячет полыхающие электричеством кулаки за спину, как нашкодивший школьник — рогатку, и недовольно выплёвывает:

— А что это ты тут делаешь, Игор?

Удивительно, но факт: младший наследник тоже сюда припёрся, причём даже без своей истеричной мамочки. Оказывается, они умеют ходить порознь, кто бы мог подумать.

Выражение физиономии, с которым гениальный малыш смотрит на моего противника, обещает тому адовые кары. С чего бы? Они ж вроде как заодно.

— Это я у тебя спрашиваю, Эма, — изо всех сил стараясь выглядеть внушительно, произносит малец.

Интересно. Это просто спектакль, чтобы спасти Эму от моего целительного леща, или он и вправду чем-то недоволен?

Бросаю взгляд на Капеца. Он уже отпустил мордоворота, с которым боролся, и они вместе заинтересованно пялятся на разворачивающийся перед ними конфликт. С земли столь же неравнодушно зырит вырубленный ранее товарищ, который уже благополучно пришёл в себя, но решил, что ещё полежать будет разумнее.

Эма с залихватским видом засовывает ладони в карманы брюк. Никаких искр на них теперь нет и в помине. Великовозрастному обалдую явно не хочется выслушивать нотации от малолетки.

— Да разве это распри? — радражённо сплёвывает он на землю. — Так, смахнулись слегка. Да, Максин?

Я тебе что, ещё и поддакивать должен? Ага, бегу и падаю.

Неторопливо поднимаюсь с земли, отряхиваюсь и подхожу к рыжему поближе. Он как-то нервно отступает на пару шагов.

— Нет, — произношу веско. — Я на тебя не нападал.

— Да какая магия-то?! — отпирается Эммочка. — Остаточный фон на коже, бывает.

— Ты видел? — обращается Игор к троллю.

Тот с сожалением кивает на присмиревших противников:

— Нет, под клятвой не подтвержу. Эти остолопы меня отвлекали.

Игор оборачивается к стайке детишек:

— А вы? Что видели?

Вперёд выступает рослый заводила:

— Ничего не видели. Правда, ребята?

Дети нестройно поддакивают. Кто бы сомневался.

Игор на мгновение задумывается, потирая костяшками пальцев безволосый подбородок.

— Подтвердить твои слова, Макс, не представляется возможным. Ты уж извини. Эма иногда бывает слишком резким.

— Как это не представляется? — от такой наглости я даже теряюсь. — Вон те щенки брехливые точно всё видели, от начала и до конца.

Игор морщится на мои слова, будто принцесса на дохлую мышь, но объясняет терпеливо:

— Они же дети. Их нельзя допрашивать с помощью клятвы.