Культивация рунного мастера

Это Муэрто ­— серый мир, в котором повсюду растут руины древних цивилизаций, где единственными обитателями являют себя мерзкие твари. Безумный творец словно франкенштейнов сшил их из разных чудовищ. И чем больше частей соединено в одно тело, тем ужаснее шедевр.

Это их мир — мир Химер. Многие из тех, кто попадает в их лапы, не приходят обратно. Те же, кому удается вернуться в стены своих домов, становятся другими. Их глаза видели нечеловеческую жестокость — неутолимый голод уродства и злости.

В свободных от руин местах — в пустошах, этих проплешинах увядшей земли, чудовищное зверье становится еще кровожаднее.

Оно — злобный хищник одержимый вечным поиском пищи. Там где нет другой живности, градус их жестокости выплескивается через край и превращается в дикую вакханалию, — твари пожирают друг друга. Там можно увидеть горы белых костей, что скалятся в немой угрозе. Главный символ неуемного обжорства и мрачное предзнаменование для неосторожных гостей.

Где-то среди этих гиблых земель затерялся последний оплот человечества — Луноцвет.

Одинокий город, что горделиво возвышается на могучей горе, а его массивные стены отражают бесчисленные атаки химер.

* * *

Шестнадцать лет спустя.

У подножия горы Луноцвета во дворе двухэтажного дома двое яростно махали мечами.

Худощавый юноша с ярко-зелеными как изумруды глазами ловко орудовал тонким клинком. Капельки пота на поджаром теле сверкали в отблесках лунного света. Золотистые волосы, собранные в хвост и обязанные зеленой шелковой лентой, то и дело метались словно молния, скачущая из стороны в сторону, во время резких движений.

В этой жизни Андрея Бессмертного звали Джино. Он то нападал, то резко разрывал дистанцию между ним и соперником. Изящность и змеиная грация наполняли каждое движение. Атаки были стремительны как броски кобры. Но этого было все-равно не достаточно для победы над соперником.

Вшух! Вшух!

Джино пригнулся.

Меч соперника просвистел над макушкой.

Это было близко. Джино выдохнул. Второй час он крутился, прыгал и изгибался, уклоняясь от молниеносных ударов.

Старик Виктус в коричневой потертой кожаной куртке нещадно гонял его. Дед казалось не ведал усталости. Не взирая на возраст, град ударов лился без остановки. Некоторые из них Джино пропускал, некоторые были на грани. Благо, что мечи тренировочные. Но даже так эти железки при каждом касании обжигали болью. Старик был слишком умел. И это при том, что у него не было правой руки.

Пропустив очередной удар, Джино скривился.