Книга 1. Пожиратель Героев

Однако этого оказалось вполне достаточно, чтобы проскочить между загребущими руками первых эволюций и уже через долю секунды сжать стальные пальцы на шее имперца, ощущая, как давление контроля на меня ещё усиливается.

- Прикажи им остановиться! - прорычал я ему в лицо, стараясь не сдавить горло преподобного слишком сильно. - И прекрати пытаться контролировать меня! И, разумеется, не смей призывать сюда ещё тварей. Если подчинишься и не будешь рыпаться – сдам тебя капитану отряда Тхалсы.

У имперца на лице отразились полнейшие недоумение и паника.

- Пусть атакуют друг друга и вырвут “сердца”, - отдал я новый приказ.

В следующие несколько секунд я наблюдал поразительную картину того, как пара монстров вырывает из тел друг друга куски плоти и бросает мне. И на этот раз я определённо сорвал настоящий джек-пот, потому что у обоих первых эволюций было не по три, и даже не по четыре, а по пять “сердец”.

Если бы они были самую чуточку быстрее, а мне не удалось застать преподобного труса врасплох, моя песенка наверняка была бы спета, даже если не брать в расчёт магию контроля. А так у меня под ногами теперь лежало сразу восемь “сердец”, каждое из которых было мощнее, чем те, что я вытащил из чешуйчатой первой эволюции. Ещё два остались у умерших тварей в руках.

Опрокинув имперца назад так, чтобы держать его будто пакет из продуктового и сжимая горло ровно настолько, чтобы он мог большим трудом, но дышать, второй рукой по очереди достал из кучек мяса и из рук тварей маленькие шарики и отправил их все в рот.

Правда, на где-то шестой из восьми эффект каждого “сердца” стал уже мало ощутимым, теперь даже первые эволюции не могли меня напитать. Но это всё-таки было больше, чем ничего, так что съедены были все шарики до единого. А когда “сердца” закончились, пришёл черёд следующего лакомства.

Впечатав преподобного спиной в землю, я, размахнувшись посильнее, ударил его по правому локтю.

Он попытался заорать от боли, но из сдавленного горла вырвался лишь хрип.

- Серьёзно думал, что я просто отпущу тебя? - прошипел я, глядя ублюдку прямо в полные паники и боли глаза. - Вы превратили меня в неведомое, жадное до СИЛЫ чудище.