Книга 1. Пожиратель Героев

И настолько чётко, что действительно мог различить каждое их движение.

Это было настолько странно, что на какое-то время даже боль немного отступила. Мимо моей ноги неторопливо прополз червь, коснувшись щиколотки щупальцем. Я вздрогнул и инстинктивно дёрнулся, слегка пнув его пяткой и уже было подумал, что вот тут-то на меня и накинутся.

Но нет, червь лишь остановился на секунду, недовольно зашевелил своей “бородой” – и пополз дальше по своим червиным делам. Будто бы я для него перестал существовать.

Возможно ли, чтобы такой эффект произвело съеденное червячье мясо? Вообще было бы странно, ведь от поедания говядины ты не становишься другом коров и не начинал чувствовать бурёнок через стены.

Вот только от чего тогда продолжавшая сотрясать всё моё тело боль? Это уж точно не было похоже на несварение и держался в сознании я только на той мысли, что за время моей отключки что-то может измениться и черви вновь станут агрессивны.

Люди в большинстве своём оставались совершенно невидимы. Я мог угадать очертания их тел лишь по местоположению тварей, некоторые из которых будто бы висели в воздухе. Однако было несколько мест вокруг меня, где странное новое чувство фиксировало нечто, но точно не червей.

Это было похоже на то, как изображали в школьных учебниках по биологии одноклеточную инфузорию-туфельку.

Куда медленнее, чем должно было из-за боли, но в мозгу всё-таки сошлись два и два. Те люди, кому в рот черви выблёвывали свои мягкие нутра. Они затихали, прекращали двигаться, и я подумал, что они умирали. Но, похоже, черви не убивали своих жертв таким извращённым образом, а… превращали их тела в инкубаторы?

Я, что, в грёбаном фильме про Чужого оказался?!

Тогда моё тело?.

Нет, не может быть. Я ведь не целиком червей глотал, а старался жевать, хоть это и было максимально мерзко. Эти твари не были похожи на каких-нибудь амёб и дохли от нескольких укусов, так что вряд ли их куски могли у меня внутри стать таким же зародышем неизвестной твари.

Но ведь какой-то эффект на меня эти съеденные куски всё-таки оказали, раз я мог чувствовать червей, а они начали принимать меня за своего.