Проклятый Пустыней

Также вам заплатят двадцать пять тысяч мивенов за спасение Каны Росвей из плена демона. Вы сможете приехать сегодня в посольство для разговора и для получения награды?

– Смогу. Приеду через полчаса. Я как раз освободился от одного дела.

– Отлично. Тогда я предупрежу госпожу Росвей о вашем визите.

Двадцать пять тысяч – отличные деньги с учётом того, что за демона Коллекционера я уже получил награду Бюро. Правда, Росвей платили Прайду ещё больше, хоть они по итогу ничего не смогли.

Я вызвал такси и доехал до посольства даже быстрее, чем за полчаса.

За высокими стенами посольства скрывался ухоженный красивый сад и небольшой фонтанчик. Пахло цветами. Они жёлтые с множеством бутонов, но название я не знал.

Само здание посольства двухэтажное и меня повели как раз наверх. Тех людей из Прайда я не видел, но они должны быть в посольстве. Хотя… Может их задание как-то изменилось?

– Господин Кинело, за этой дверью вас ожидает Кана Росвей, – сказал командир охраны.

Я кивнул и открыл большую дверь из красного дерева. Кана Росвей сидела на кресле и смотрела в окно. Девушка была одета в больничный халат и очень бледна. Когда я вошёл, она отвлеклась от своего занятия, встала и немного мне улыбнулась. Её личико красивое, но сейчас очень больное. Она ещё очень слаба после плена демона.

– Рада тебя видеть, Найт. Ничего, что я к тебе по имени? Ты тоже можешь звать меня просто Каной.

– Да, так будет лучше, – ответил я. Раз Росвей хочет более тесного общения, то было глупо отказывать.

– Присаживайся, – Кана показала рукой на такое же кресло, которое было рядом. Между ними стоял маленький круглый столик. – Желаешь чай?

– Нет, спасибо, – я сел за кресло. Оно оказалось очень удобным и приятным.

– Мой помощник должен был сказать о двадцати пяти тысяч в качестве награды за моё спасение. Это не столь большая сумма. Бывает, что аристократы даже отдают свои Эмблемы в качестве расплаты за свою жизнь. Вообще довольно забавно выходит.

Кана говорила медленно и очень размеренно. В её голосе чувствовалась слабость. Дополнительных денег или присяги я бы с неё просить не стал, а зная что случилось с её семьей… Требовать большую награду у меня бы просто не повернулся язык.

– Двадцать пять тысяч это хорошие деньги. Считай, что никакого долга нет.