Возвращение Собирателя Душ. Буйный рост.

         Поняв, что из друзей её ничего не вытянуть, Настя со злости пнула своего парня. Раньше все думали, что Вика держит Яна в ежовых рукавицах, теперь её место заняла Настя, которая до сих пор не оставила попытки вытянуть из Ивана секреты Элима. Пока неудачные, что злило её ещё больше.

         Тем временем Элим продолжал наступать на своего оппонента, нещадно осыпая его градом атак, несколько раз успешно пробив его оборону, что уже являлось показателем высочайшего уровня мастерства Тёмного.

         Лидер бессмертного Оплота был похож на бурю, неустанно наступающую и атакующую. Это отражалось и в его действиях: все движения были резкими и быстрыми. Тёмный же под таким напором не потерял ни капли самообладания. Его стиль был кардинально противоположен стилю Элима: все движения плавные и спокойные. Он не блокировал атаки оппонента, а старался избежать их или свести их энергию к минимуму.

         За весь бой он не контратаковал ни разу: ждал возможности.

         В голове Тёмного была часть воспоминаний Элима до момента его смерти, почти все его знания, но помнить и испытать на себе – это две совершенно разные вещи. В плане боевого опыта он значительно уступал Элиму, поэтому планировал играть от обороны, ожидая когда у него появиться шанс для атаки.

         И шанс появился.

         На ладонях Тёмного засияли символы льда, мгновением позже покрывшиеся ледяной коркой, затем разросшейся и покрыв все ладони, превратив их в настоящие ледяные лезвия. Тёмный незамедлительно пустил их в ход.

         Бритвенно-острое лезвие рвануло в лицо Элиму.

         Оно точно было способно пробить ему череп при попадании.

         К счастью Элима таким не взять: мощный поток воздуха сместил его в сторону, после чего парень взмыл в воздух.

         - Ты правда думал использовать мою систему для победы надо мной? – улыбнулся Элим, - а в воздух подняться слабо?

         Он знал, что Тёмный на это не способен. Это его тело на это не способно, хоть оно и выглядит как то, в котором Элим истребил не один мир.