Ночной охотник.

Убедился, что гоблинша дышит – удар нанес лезвием плашмя, который предварительно обернул тканью, после чего быстро засунул тело в системную сумку. Оставил снаружи лишь голову – таким образом облегчил себе ношу.

Когда нашел укромное место, тогда и вытащил гоблиншу. Тщательно связал и обыскал ее, засунул кляп из вонючей гоблинской тряпки. Потом перекинул из ее сумки большую часть, наверняка, чем-то ценных клубней, к себе. Обрадовался, когда нашел у нее в сумке небольшое зеркальце, там еще лежал и небольшой мешочек сушеных фруктов с мучными шариками, пропитанных медом, гоблинши тоже женщины-сладкоежки, оставил мешочек ей, таких сладостей у гоблина-торговца достаточно прихватил.

Я не собирался убивать – в мыслях мелькали на нее другие планы. Подергал кляп, от ее слюны кусок, оторванный от гоблинского одеяла, завонял еще больше. Гоблинше завязал еще и глаза: я решил попробовать допросить, а если не получиться, то проследить – непростая она была. Гоблинша во время обыска показалась фигуристой, да и на мордочку, не слишком чуждой, хотя выражение ее «лица» сильно походило на то, что бывает у заезжих цыганок, посылаемых при попытке облапошить.

Вроде не сильно тюкнул, однако очнулась гоблинша только минут через сорок, и то, когда начав хлопать по щекам, задел ее ухо пострадавшее от удара. Теперь оно выглядело не заостренным, а больше опухшим и закругленным. Застонав, она стала приходить в сознание.

Еще через какое-то время задергалась, замычала в кляп, явно пытясь его выплюнуть. Даже согнулась и принялась водить выпирающим кляпом по полу, в попытке вытащить его, оттопырив при этом аппетитную пятую точку.

Тут я почувствовал у себя возбуждение – постоянное нахождение в стрессе, повышенное выделение адреналина, наверняка увеличивало либидо. А энергия, переходящая от оружия при убийстве гоблинов и сопровождающаяся некой эйфорией, явно снижала его. По всей видимости, Система таким образом дополнительно подталкивала к активным действиям. Видно, давно я не убивал.

– Эй, хватит тряпку вытаскивать, перестань, – произнес на гоблинском, выпрямляя гоблиншу за плечи.

Гоблинша затихла, а потом, согласно закивала. Я вытащил кляп и отошел, держа в руках лишь свой кинжал-мультитул.

– Ты ы! Ты кто? Отрыжка скорта, как же ухо болит.