Смерш-V

– Хрущевка, первый подъезд, три квартиры на площадке… Значит, третий этаж, крайней балкон с той стороны. Дуй туда, Даня! Я сейчас звякну в домофон, отвлеку их. Услышишь звонки – заскочишь в квартиру – возьмешь обоих! Вампир еще вялый – легко справишься. Да и я помогу. Давай!

– Стойте! – испугался Леха, – А если этот… упырь успеет подать сигнал своим? Намтар говорил: они способны к ментальному обмену.

– Не подаст, – усмехнулась Лиза, извлекла из сумочки свою алмазную заколку и воткнула в волосы. Я ему так щас врежу, не до сигналов будет.

Действуй, Данила, потом нам дверь откроешь.

Захлопав крыльями, я стремительно взлетел и, обогнув торец дома, уселся на перила крайнего балкона на третьем этаже.

Окна были завешаны плотными шторами, но балконная дверь распахнута настежь, ветер трепал занавеску открывая обзор. В комнате никого не было. Приглушенные голоса раздавались откуда-то из коридора.

Запиликал домофон. Я прыгнул в комнату, налету превращаясь в человека. В ладонь мне скользнул увесистый, сорокамиллиметровый стальной шарик от подшипника.

Шарик этот мне подарил Костик, чей папаша работал на ГПЗ. Сегодня утром я поставил на нем личную магическую метку и сунул в кэш.

Оказывается, я ошибся. На расстеленном диване у стены, кто-то лежал, целиком накрытый одеялом. Подняв руку с шаром и стараясь не скрипеть половицами, я приблизился и осторожно потянул одеяло за край. Показалась девичья головка, длинные темные волосы спутаны, глаза закрыты, а рот, наоборот, приоткрыт. Одеяло сползло дальше – девица была обнажена.

И мертва. Белая как снег. Гораздо белее простыни.

И тут воздух загудел, словно где-то рядом заработал мощный трансформатор, или кто-то разворошил пчелиный улей. Последнее сравнение, пожалуй, верней – звук подобно рассерженным пчелам, кусал, лез прямо в мозг, ввинчиваясь в подкорку сотнями злых буравчиков. Из коридора кто-то вскрикнул. Крик тут же перешел в страшный хрип. Мягко упало тело.

Судорожно сжав шарик в мокрой ладони, я ворвался в коридор и увидел там двоих.

Один, уже знакомый мне парнишка в джинсе, испугано жался к стенке. Второй, здоровый лысый мужик в домашнем халате, корчился на полу. Глаза у него были белые от боли, ладони он прижимал к вискам, словно боялся, что голова лопнет, а красногубый рот пузырился розовой пеной.

Немедля ни секунды, я метнул свой снаряд. Стальной шарик с биллиардным стуком треснул лысого в лоб и, отскочив точно резиновый, вновь оказался в моей руке. Хрип тут же оборвался.