Смерш-V

Там у него был свой дом, он же точка по продаже дури, куда стекались за дозой торчки со всего района.

Приехали мы туда на джипе, который нам любезно оставил Намтар. Оказалось, что Лиза неплохо водит машину – научил бывший любовничек.

Девушка, красиво намазавшись и приодевшись, приобрела вполне взрослый вид и за рулем джипа смотрелась естественно. Сейчас нередко можно встретить таких молодых да ранних, подружек богатеньких буратин. Мы с Лехой, как бедные родственники засели на заднем сиденье, нас и не видно было за тонировкой стекол.

Окраина потихоньку вымирала – жуткие колдобины на дорогах, завалившиеся заборы, заросшие бурьяном огороды, наглухо заколоченные ставни. Брошенных домов здесь было едва ли не треть.

Хата Стасика тоже выглядела не лучшим образом.

Стасиков папаша по пьяному делу неоднократно поколачивал мамашу и та в итоге, зарезала муженька кухонным ножом. Мамашу посадили, и с тех пор Стасик проживал в доме один.

На воротах был звонок, но на нажатие он никак не реагировал.

Тогда Лиза подняла с земли половинку кирпича и несколько раз стукнула в калитку. Дверь была обита жестью, и шум вышел изрядный. После пятого или шестого удара, наконец, последовала реакция. Скрипнула невидимая дверь и хриплый женский голос поинтересовался:

– Какого х…я надо?

– Стасик! – позвала Лиза.

– Нет тут никаких Стасиков, – к женскому голосу присоединился истеричный мужской. – Иди на х…й с улыбкой, а то щас пальну из двух стволов.

Мы с Лехой переглянулись, но Лиза, нимало не смутившись оказанным ей ласковым приемом, продолжила диалог.

– Стас! Это я, Лиза Маевская! Помнишь меня?

– Лизка? – раздражение за забором, сменилось удивлением. Послышались приближающиеся шаркающие шаги, щелкнул замок, и калитка распахнулась, явив нам поучительное зрелище, того что происходит с человеком регулярно употребляющим наркотики.

Стасик был не просто тощий, а высушенный как вяленая вобла, словно его мумифицировали при жизни. Несмотря на теплую погоду на нем был надета шерстяная кофта с длинными рукавами.

Наркоманы всегда так ходят, чтоб не было видно страшных исколотых рук. Эта же кофта до колен и составляла все его одеяние. На плече у него висела старая охотничья двустволка.

– Лизка, – повторил Стасик, оглядывая девушку с головы до ног, – А говорили, ты в дурке.

– Выпустили… – неопределенным тоном сказала Лиза, – а ты чего с ружьем бегаешь?

– Да, дела! – не отвечая на вопрос, он все таращился на девушку.