Заклиная Печати. Аномалия времени

Меня потащили за ноги, не дав возможности и дальше помечать пространство. Иначе зачем бы ещё я полз, как улитка? Хотя я и так не мало Тау-сигн на стенах расставил. Серо-прозрачные, малозаметные Тау-знаки послужат отличным барьером в новой игре. Моей игре.

Надо сказать, я был не один. Похоже рядом тащили Эдриса Тана. Я чувствовал знакомый одекалон, но не слышал его голоса. Лишь когда нас обоих кинули в клетки, он тихо застонал. Видимо сильно приложили паренька чем-то тяжёлым. Другие голоса тоже жаловались на номер проживания.

Мне разрешили стащить повязку, когда нас пришёл обдирать огромный детина. Не то чтобы я спрашивал. Хотя это не особо мне помогло, здесь было темно, хоть глаз выколи. Я же не демон, чтобы в темноте видеть.

Плескание недовольных возгласов пленных, что оказались со мной в одном помещении, разбросанные по клеткам, словно животные, так же, как и я, действовали мне на нервы. Не столь сильно, как этот командир.

— Всё снимай. И это тоже. — указал на руку огромный… огромное существо с разными пропорциями тела.

Наш надзиратель не отличался ни умом, ни сообразительностью, заменяя всё это большими размерами. Огромная Тварь в четыре метра высотой. И сейчас эта махина разделывала бойцов, бессовестно раздевая пленных.

— Только посмей. — жестоким тоном пригрозил я и завёл руку с серебряной цепочкой за спину я.

Я всегда таскал с собой последнее слово Трины, что погибла много лет назад. Хотя сказала она совсем другое напоследок… кажется речь шла про гримуар и солнце.

Кстати, до сих пор мне так и не удалось встретить возлюбленную. Первый раз мы познакомились на Синерис. Ещё столько ждать до встречи с ней! Интересно, какой теперь она будет? Вот моей реинкарнации никто не дождётся, я ведь задолжал Аннену своё тело.

Я откинул жуткие мысли подальше, как и куртку с кофтой.

Всего я насчитал четверых. Один детина, нага (сверху элегантная девушка, а снизу — змея с багровой чешуёй, зло поблескивающей даже во мраке) и два старика. На вид самых обычных, сгорбившихся человека. Один из них ковылял с тростью. Они забирали наши вещи. То, что понравилось, оставляли себе. Этого я и опасался. Кого-то они мне напоминали.