И только пыль-пыль-пыль...

Рывком выпутав из шерсти Йоны сверхсекретное оружие, Сендбар с силой обрушил выбивалку для ковров на бок ячки. Та хрюкнула, но пони уже не видел её реакции. Ибо из шерсти под его ударами выметнулось огромное облако пыли, сливаясь с такими же, выбитыми из напарников остальными бойцами его отряда. Затем яки слаженно развернулись другим боком, и последовал повторный бортовой залп. Огромная пылевая туча, плотная и густая, подхваченная ветром пегасов, налетела на скучившееся верблюжье воинство. Едкая дрянь впилась в глаза и ноздри, заливая их слезами и соплями, ударила раздирающей резью в захлебнувшиеся кашлем лёгкие… Враз ослепшие, оглохшие и полузадохшиеся горбачи сломали строй окончательно, стремительно превращаясь из войска в ревущее от ужаса стадо.

«Завершающий аккорд!» — подумал Сендбар. Он не знал и знать не хотел, в какой дряни вывалялся отряд Йоны, в яка ли пошёл корм, и чего во всё это добро намешали Твайлайт и Зекора с Флаттершай, но битву надо было выиграть окончательно.

— Поворот! — скомандовал он, и построение яков развернулось задранными хвостами к противнику.

«Ох, и из непростого же гороха сварили тот супчик…»

Над новым облаком, зеленоватой стеной ринувшимся на кавардак, устроенный сцепившимися в дикой давке задыхающимися верблюдами, пронеслись три четвёрки пегасов и грифонов, сбрасывая запалы.

За рёвом полыхнувшего пламени истошный визг верблюдов был почти неслышен. Сендбар и не знал, что горбатые умеют брать такие ноты. Чадя горящей шерстью и не помня себя от ужаса, сломленная и разбитая наголову могучая верблюжья армия коптящим метеоритным дождём обрушилась на свой лагерь, который благополучно и снесла, подпалив, опрокинув и растоптав всё, что можно и нельзя.

Оцепенело стоящий на холме в окружении приближённых и верных бактрианукеров великий капут-паша Завер-ибн-Блюд медленно приложил копыто к морде. Внизу весело горел его роскошный шатёр, но это было последним, что его сейчас волновало.

— Ничего не говорите, — буднично произнёс он.

* * *

— Полный разгром! — Галлус шлёпнулся рядом со взлохмаченным Сендбаром. — Теперь мы — герои! Ха-ха, жду не дождусь славы и почестей.

— Ага. Слава и почести.