Охота на лиса

Оказавшись там, они приступили к тренингу: ходьба, рысь, собранный галоп, рысь, снова ходьба, сначала в одном направлении, затем в другом, увеличивая темп, рысь, галоп, изредка останавливаясь, чтобы спешиться и осмотреть лошадей.

– Даже не запыхались, – сказал Риго. – Им становится лучше с каждым днем.

В его голосе звучал энтузиазм, и Марджори поняла, что он что-то замышляет. Что бы это могло быть? Что-то, чем можно удивить туземцев? Он продолжал болтать о лошадях: – Удивительно, как быстро они пришли в себя.

– Как и мы сами, – сказала Марджори. – День или два мы чувствовали себя здесь несчастными, но потом пришли в чувство. Они не потеряли свой мышечный тонус. Давайте подождём еще несколько минут, а затем отведём их обратно. Завтра попробуем позаниматься подольше.

Она села верхом, снова войдя в знакомый ритм. Полупроход, круг, снова полупроход.

Что-то на линии хребта привлекло ее внимание, тёмная тень в ярком свете весеннего солнца. Она озадаченно подняла глаза, увидев там фигуры, вырисовывающиеся на фоне света, но ей мешало солнце, так что она не смогла их чётко разглядеть.

Лошади? Контуры выгнутых шей и округлых бёдер, и только. Она не могла сказать, насколько они были велики или как далеко.

Эль Диа Октаво остановился, уставившись туда же, куда смотрела Марджори, издав горловой тревожный звук, кожа на его плечах задрожала, как от нападения жалящих насекомых.

– Ш-ш-ш, – сказала она, похлопывая его по шее. Что-то там, наверху, обеспокоило его.

Она снова уставилась на ослепительное солнце, пытаясь разглядеть фигуры получше. Облако сдвинулось к солнцу, но как раз перед тем, как свет померк, тёмные силуэты исчезли с гребня холма.

Наблюдатели, казалось, предпочитали оставаться незамеченными. Она подтолкнула Октаво вперед, желая добраться до гребня и посмотреть, куда они ушли, кем бы они ни были.

Жеребец задрожал, как будто от боли. Он издал снова горловой звук. Только её ноги, крепко обхватившие его, и рука на его шее удерживали его от побега.

Казалось, он едва мог стоять, не в силах двинуться вперёд.

Она больше не уговаривала его продолжить движение, а сосредоточилась только на том, чтобы успокоить его. – Шшш, – снова произнесла она. – Всё в порядке, успокойся.

Затем, внезапно на неё нахлынула волна беспричинного ужаса, отчего внутри у неё всё затрепетало. Краем сознания она поняла, что заупрямившийся скакун чувствует сейчас тоже, что и она сама.