Охота на лиса

Белые бриджи были теперь в пятнах пота, а первозданная чистота охотничьих галстуков была запятнана пылью с прилипшими чешуйками от высокой травы. Слуги-мужчины ожидали хозяев с кубками воды и кусочками жареного мяса на шампурах. Бани, истопленные уже как несколько часов, дымились от жара своих маленьких печей. Задыхаясь, готовая наконец закричать от страха, с которым она боролась в течение всего этого долгого дня, Ровена поискала глазами среди всадников, пока не узнала хрупкую фигурку Диаманте, опирающуюся на руку Сильвана.

– Димити, – позвала негромко дочь Ровена, перегнувшись через перила балконной балюстрады, не желая, чтобы её подслушал Ставенджер или кто-нибудь другой из старой аристократической гвардии. Когда девушка подняла глаза, Ровена поманила её. Сильван кивнул в сторону боковой двери. Через несколько минут Димити была в покоях своей матери, и Салла приветствовала ее возгласом деланного возмущения: – Ну и грязь! О, ты такая грязный.

– Я грязная, но зато со мной всё в порядке, Салла, – сказала девушка, бледная как луна, слабо отталкивая от себя снующие по её телу руки служанки.

– Димити?

– Мама.

– Отдай Салле свою одежду, дорогая. Давай, я помогу тебе с ботинками. Ты можешь принять ванну прямо здесь, заодно рассказываешь мне об Охоте.

Она прошла через роскошную спальню, поманив дочь за собой, открыла дверь в выложенную мозаикой ванную комнату, наполненную паром от ванные с горячей водой.

– Тебе что больно?

Димити попыталась улыбнуться в ответ, но это вышло у неё вымучено. Дрожащими руками сняла она нижнее белье, и оно осталось лежать кучей на полу в ванной. Только после того, как она оказалась по шею в горячей воде, Ровена сказала: – Расскажи мне как всё прошло.

Девушка пробормотала: – Даже и не знаю… Ничего особенного не произошло…

Вода словно бы вымывала боль из её тела. Двигаться было по-прежнему болезненно, и всё же в теплой, успокаивающей воде ломота в теле стала как будто униматься.

– Где вы были?

– Я думаю, мы были роще в Даренфельде… в долине.

Ровена кивнула, вспоминая возвышающиеся тёмные деревья, закрывающие небо, землю, покрытую мелкими цветущими мхами, шум бегущей воды под корнями.