Граф Булгаков. Том 2: Золотая Жила

— Пока у нас нет прямых доказательств, — осторожно произнес граф. — Если мы громко объявим о наших подозрениях, то лишь спугнем заговорщиков. В этом направлении надо ещё поработать.

— Я практически уверен, что у когото-то из Апрелевых рыльце в пушку, — сказал князь. — Плетет паутину за спиной Петра Алексеевича. Может быть даже хочет подставить князя.

— Может быть и так, — согласился граф.

— Тем не менее Петра Алексеевича мы предупреждать не будем, — сказал князь. — Я все-таки не уверен до конца на счет него.

— Думаете, княже, он подозревал, что за собранием будут шпионить? — спросил граф.

— Петр Алексеевич — тот ещё старый лис, — усмехнулся Омутов. — Знаю его с юных лет. Я бы не стал ничего исключать.

— Мудро, — кивнул Сухоруков.

Некоторое время они ещё обсуждали ситуацию. Князь задавал уточняющие вопросы, граф отвечал. Наконец, все острые темы были обсуждены, и разговор подошел к концу.

— Спасибо за работу, Илья, — князь Омутов протянул руку для рукопожатия.

— Я бы хотел выпить, князь, — со слабой улыбкой произнес граф. — Давно уже хотел попробовать ту самую французскую бутылочку из виноградника Le Musigny.

— Охо-хо-хо, да у тебя губа не дура... Конечно, мой друг, всё, что угодно, — кивнул князь. — Мой бар в твоем распоряжении. Немного вина полезно для сердца.

Он встал, подошел к бару и начал перебирать бутылки, постукивая по ним пальцем.

— Французы производят всего 380 бутылок этого винтажного Пино Нуар в год, — задумчиво сказал Князь омутов, разглядывая этикетку. — Эксклюзив. Самое то, чтобы отметить твое успешное возвращение с задания.

— Надеюсь, оно будет и последним, княже, — проворчал граф. — Чувствую, староват я уже становлюсь для подобной работы.

— Ха, да ты каждый раз так говоришь.

Илья лишь хмыкнул.

— Нам противостоят серьезные противники, — Павел Александрович поставил бокалы на стол и наполнил их вином. — Я, конечно, за здоровый образ жизни, но выпить немного вина и взбодриться действительно будет не лишним.

— В этом вы правы на все сто, князь, — задумчиво произнес граф, вертя в руке свой бокал. — Я бы сравнил Петра Алексеевича с Джоном Сильвером из Острова Сокровищ. Он также хитер, и его роль до конца не ясна. Не зря его другие пираты Копченым прозвали.