Слуга Сарадачи. Книга первая. Изгнание лжеца

На вид они чем-то напоминали мозоли, а по размеру были чуть больше ногтя и периодически зудели.

От прикосновения к ним по телу разливалась тупая боль. Сэнни уже видел такое прежде, это случается, если часть тела слишком долго мерзнет. Заживать будет недели две, не меньше.

Вскоре, немного распарившись, все его тело начало ныть, каждый синяк и ссадина напоминали о себе ненавязчивой, даже слегка приятной болью. Впервые за долгое время он смог наконец расслабиться и, не думая наперед, насладиться сполна своим кратким мгновением блаженства.

Через какое-то время пришлось возобновить попытки содрать с себя паучий кокон, не сказать чтобы он легко отстал, но по крайней мере его удалось сорвать с кожи, ничем не жертвуя. Такой результат Сэнни вполне устраивал.

Только когда жар начал спадать, парень, опомнившись, пошел за шайкой и черпаком. Пора уже было наконец помыться.

Смешав в шайке холодную воду из предбанника и горячую из банного котла, он принялся смывать с себя старую грязь, перемешанную с кровью и омертвевшей кожей.

Из бани Сэн вышел совершенно новым человеком. Чего нельзя было сказать о его одежде, надевать ее на только что вымытое тело оказалось до тошноты неприятно.

Все это время Барбадос просидел на потолке в углу предбанника. Поначалу Сэн решил, что паук устроился там, чтобы контролировать ситуацию. Однако тот факт, что Сэнни не слышал язвительных комментариев после каждой своей мысли, указывал на то, что Барбадос снова заснул.

— Хватит дрыхнуть, нам пора идти. Как вообще можно столько спать? — пробубнил мальчишка.

Однако паук не шелохнулся. Шла минута, другая, а он так и не приходил в движение.

— БАРБАДОС! — крикнул Сэнни, безрезультатно пытавшийся дотянуться до него рукой. Потолок в предбаннике, как ни странно, был довольно высокий.

Обозлившись, парень с силой хлопнул ладонью по стене. От удара паук, словно игрушечный, свалился на пол и лежал на спине без движения.

«Неужели сдох?» — мелькнуло у мальчика в голове.

Сэн с опечаленно-удивленной миной присел возле паука, а затем начал слегка тыкать в пузо Барбадоса пальцем.

— Э-э-эй, ты же невероятно редкий и ценный арохонд, которого со слезами на глазах выкидывают в ямы чародеи. Ты не можешь вот так засохнуть.

«Я не спал».

Паук не спеша перевернулся и взобрался на его руку.

«Просто задумался. Назойливый мальчишка, не дает мне спокойно подумать», — бормотал Барбадос, забираясь Сэну под одежду.

«Да, да, разумеется», — ответил Сэнни с ярко выраженными нотками иронии в голосе.