Слуга Сарадачи. Книга первая. Изгнание лжеца

На раздавшийся снаружи грохот она ответила легкой дрожью, которая быстро угасла в материнских объятьях.

— Что такое, Сильса? Боишься? — улыбнувшись, прошептала мама и уткнулась в ее волосы.

— Нет, — ответила она.

— Почему тогда вздрагиваешь?

— Это не я, это ты трясешься как заяц, — сказала девочка, насупившись. Девушка рассмеялась.

— Неужели? — Она сидела посреди кровати, скрестив ноги и крепко обнимая дочь. Густые длинные волосы стеной закрывали всю ее спину. Сильвана была очень красивой: нежные черты лица, пухлые губы, стройная фигура.

Однако в такой дали от городских стен красота не всегда кстати. Поэтому она не любила оставаться с дочкой дома одна.

— Ну, может, и боюсь немного… За папу… — пробубнила Сильса, надув щеки.

— Не стоит, чтобы его хоть немного потрепать, нужна буря посильнее, — говоря это, Сильва все глубже топила лицо в волосах девочки, а в конце фразы слегка укусила ее за шею.

Комнату огласил девичий визг. Именно так на кровати началась мелкая стычка, в считаные секунды переросшая в настоящую схватку.

Удача сегодня явно была на стороне малышки, и, чувствуя неминуемость поражения, ее мать решила сыграть грязно. В ход пошла щекотка. С этого момента исход битвы был предрешен. Уже через несколько минут Сильса, собрав остатки сил, попыталась бежать с кровати, но, увы, безуспешно.

— Прекрати, мам! — кричала она сквозь смех. — Пожалуйста… хватит… Я сделаю все, что захочешь.

— Отлично, — услышав желаемое, Сильва прекратила истязания. — Тогда завтра после ужина у нас будет два часа чтения вместо одного.

— Не-е-е-ет! — обреченно крикнула девочка и уткнулась лицом в подушку.

— Прекрати, учеба не такая уж трагедия, к тому же чем больше ты знаешь, тем легче она тебе дается.

— Да, да, конечно, — послышалось откуда-то снизу глухое недовольное ворчание. Затем Сильса повернулась и, надув щеки, продолжила: — Сначала ты заставляла меня читать буквы, потом слова, теперь уже целые предложения! У меня такое чувство, что дальше будет только хуже.

— Зато такими темпами ты скоро станешь даже умнее, чем мама, — улыбнувшись, сказала Сильва.

— Честно говоря, это весьма сомнительное достижение, — выпалила девочка с невозмутимым лицом. В то время как ее мать, услышав такое, раскрыла глаза куда шире обычного.

— В таком случае перемирие отменяется!

По дому вновь разлетелся звонкий детский смех, но в этот раз негодницу от страданий спасло не мамино великодушие, а стук во входную дверь. Услышав его, они обе замерли.