Тысячеликий. Часть первая: Песнь нефилимы

Из-за спины Хранителя Бивгринта вышли воины и начали снимать с Сероглазого украшения и парадные доспехи. Спустя несколько минут принц остался стоять лишь в набедренной повязке. Хранитель подошел к Сероглазому и положил свою огромную лапу на его плечо. Принц спокойно посмотрел своему первому учителю в глаза и молча опустился на колени. В зале стало звеняще-тихо.

Хранитель Бивгринт взял в лапу толстую косу на гриве Сероглазого и коротким взмахом острого ножа отсек ее у основания. Принц вздрогнул и сжал кулаки, но остался покорно стоять на коленях.

— Принц Тивтгринт с этого момента лишается имени, всех титулов, права претендовать на трон Урднота, а также права иметь потомство. Он более не принадлежит ни к высшим прайдам, ни к каким бы то ни было другим, — голос старого Хранителя еле заметно дрогнул. Бивгринт повернулся и, стараясь не смотреть ученику в глаза, бросил атрибут высшего прайда в стоящую рядом чашу с огнем.

Сероглазый сжал зубы и медленно поднялся. В душе закипал огонь. Ставший на путь поиска утраченной силы медленно выдохнул и расслабил кулаки. Сомнениям не должно быть места. Выбор сделан, и назад пути нет.

Инталлар Аргринт поднялся со своего трона:

— Безымянный, у тебя есть право на одну просьбу, — нарочито громким голосом проговорил правитель Урднота.

Сероглазый пригладил кисточку на ухе и отрешенно посмотрел на отца:

— Благодарю, Величайший из Правителей, Первый среди равных! Пусть твои клыки остаются белыми и острыми, пока Предки не распахнут перед тобой золотые двери своей обители, где ты споешь с ними Великую Песнь Перерождения! — Сероглазый поклонился и прикоснулся сначала к сердцу, а потом к клыкам и лбу.

— Величайший из Правителей, — Сероглазый снова поклонился, — если я вернусь после испытания, прошу дать мне право выбрать одного черного схиаба из твоих Изумрудных конюшен.

По залу прошел легкий ропот и порыкивание. Трехметровый гигант Ивгринт, старший брат Сероглазого, готовящийся стать через десять эр Хранителем Урднота, недовольно поморщился и еле слышно проурчал:

— Отреченные не достойны таких даров.

Инталлар Аргринт поднял руку, успокаивая присутствующих и с высоты тронного помоста безразлично посмотрел на сына:

— Твоя просьба будет выполнена, Безымянный.