Незаконный наследник: остаться собой

— Куда? Ночь на дворе, — после того, как дед исчез в почти неизвестном направлении, она начала пристально наблюдать за всеми домашними. Даже горничные обязаны были отчитываться, куда идут, и когда вернутся. Не говоря уже о родном сыне.

— Мама, я некромант, и все еще прохожу обучение, — терпеливо ответив матери, я поспешил к двери из гостиной, пока она снова ничего не вбила себе в голову. Вон пускай Егору на мозг давит, он от нее все вынесет, а мне не надо, я и сам прекрасно с этим нелегким делом справлюсь.

В комнате не было уже ни мешков, как, собственно, и Паразита. Куда этот кошак постоянно девается, лично для меня остается загадкой. А вот Назар Борисович предупредил, что уходит на встречу. А встречи такого рода проводятся чаще в вечернее время, чтобы избежать лишних взглядов. Это не являлось чем-то незаконным, и Назар Борисович заявил, что оплату налогов и всего прочего берет на себя, мол, опыт имеется, но все же, лучше не предавать реализацию побрякушек огласке. А вот где он набрался подобного опыта, дворецкий упорно не объяснял, но я сумею его дожать, во всяком случае, постараюсь это сделать.

Так как личные счета не тронули, и у меня там еще оставались кое-какие средства, я решил, что лучше с пустыми руками к Ведьме не являться. Цветочный магазин на очень привлекательной улице все еще работал, и первым делом я устремился туда.

— Мы закрываемся, — мать моего ручного бандита выглянула из-за стеллажа, услышав звяканье колокольчика. — О, это вы? — она улыбнулась и вышла мне навстречу.

— Ради всех богов, извините меня, я понимаю, что уже поздно, но мне очень нужен огромный букет, — я сложил в молитвенным жесте руки и улыбнулся, постаравшись, чтобы моя улыбка выглядела как можно более жалкой. Все эти приемы всегда действовали на женщин безотказно, в любом мире, правда, я редко ими пользовался, но, если слишком надо, мог и применить.

— Букет снова предназначается вашей матери? — продолжая улыбаться эта милая женщина принялась оглядывать полки в поисках нужных цветов.

— Нет, на это раз букет предназначен для красивой женщины. Очень страстной женщины, которую лучше не разочаровывать, — совершенно честно признался я.

— Тогда лучше подойдет вот это, — и она начала выбирать розы. Только розы и ничего более. Они все были красные, и отличались лишь незначительными оттенками. По мне так все эти розы были практически одинаковы, но, как гласили этикетки, они даже к разным сортам принадлежали.