Легенды Призывателей 2: Фармила

Ты уверена, что он не обладает повышенной живучестью, а именно бессмертен?

— Да, — кивнула Алевтина, — Я приглашала колдунов, охотников на монстров, учёных. Никто не смог помочь. Его кололи, резали, рубили, сжигали в прах, но всё бесполезно. Это... Существо, которым стал бедный Филимон — отказывается покидать наш мир.

— Ужасно... — покачал я головой, — Мне очень жаль, Тина...

— Ничего. За десять лет я успела привыкнуть. Всё, чего я хочу — это подарить ему покой.

— Я помогу. Что надо делать?

— Я нашла ритуал древних, который позволит освободить его дух.

— Ладно, — кивнул я.

Сам по себе ритуал был длинный, но не сложный. Я рисовал узоры на полу вокруг печати, которая сковала Филимона, смешивал некоторые компоненты и рисовал ими, некоторые раскладывал в определённые места узора. Наконец всё было закончено.

Алевтина подошла ближе к монстру.

— Гром, будь рядом, паралич от печати спадёт вскоре после завершения ритуала.

Я встал поближе и она приступила к процессу.

— Да сплетутся оковы души. Да расплетутся узы бессмертия. Да вернётся то, что было утеряно.

Она положила ладонь на лоб парализованного зверя, а потом вдруг коснулась другой моего лба. Так быстро, что я даже не успел спросить зачем. Но что-то точно было не так. Я не мог понять что, но шерсть на загривке у меня встала дыбом от непроходящего чувства опасности.

Лишь благодаря этой тревоге я успел перехватить левую руку Алевтины, в которой вдруг возник кинжал и чуть не вонзился мне в горло. Чисто рефлекторно вывернул её так, чтобы женщина выронила оружие, а после оттолкнул прочь.

— Ты что творишь?

— Прости... Я предпочла бы, чтобы это был кто-то другой... Но иначе никак... Печать почти пала...

«Вы находитесь под действием эффекта „Узы Смерти“.

Пока действует этот эффект — гибель вашего персонажа будет перманентной. Чтобы снять „Узы Смерти“ — убейте того, с кем связаны или наложившего эффект. Если эффект будет снят убийством связанного противника — вы поглотите его силы и получите пятикратное количество опыта.»

— Немедленно сними с меня это проклятье, — рявкнул я, — Не знаю, что ты задумала, но я не позволю себя принести в жертву!

— Быстро же ты понял...