Матричный бог

Монстр поспешил к адепту, споро перебирая маленькими лапками.

Настал черёд новой волны пламени. Монстр мерзко заскрежетал, но приостановился. Он не пытался сбежать, не пытался уйти из-под огня, лишь целеустремленно полз на адепта, становясь всё медленнее. Арис отступал, не прекращая жечь. Чтобы избавиться от паука, пришлось потратить одну пятую резерва, что довольно много для столь мелкого монстра.

Арис посмотрел на свои ладони, испачканные в какой-то саже, и плюнул на разделку. Мало ли, какие могут быть сюрпризы в этой твари.

Больше схваток не происходило. Адепт шел вперед, собирая подворачивающиеся под руку травы и грибы. Но поход не был спокойным: адепта волновала появившаяся в воздухе мельчайшая темная взвесь.

Чем дальше шел практик, тем больше этой черной пыли клубилось вокруг. Когда практик проходил мимо странных болотных грибов, не похожих ни на что, виденное ранее, они выпускали клубы то ли спор, то ли пыли. Благо, "очищение" работало с первой минуты, как Арис вошел на болото, иначе спертый воздух и гнилая вонь мешали свободно дышать.

Но это не мешало пыли скапливаться на ладонях, оседать на коже. И плохо, что она не смылась даже водой, когда Арис, психанув, вспорол ножом мох и добрался до черной болотной глади — прикасаться грязными руками к фляге практик не спешил: вполне возможно, что люди пропадали потому, что надышались или наглотались пыли. Кто будет защищаться от пыли в болоте? Разве что параноик.

А тем временем грязь, или споры, будто бы въедались в кожу, и соскоблить их получалось лишь ножом.

По возвращении Ариса ждет хорошая банька.

Второй очень странный, даже пугающий момент — появление статуй.

Первую практик заметил, едва не наступив на неё, потом понял, что среди мха прячется деревянная фигура, сливаясь с тёмно-зелёным растением. Странная, будто выточенная из чёрного дерева статуя человека, зачем-то одетая в размякшие от влаги тряпки. Черты лица смазаны, не определить — мужчина это или женщина. Но вместе с тем видно, что мастер, вырезавший статую, не стремился предать ей вид ужаса: деревянное лицо умиротворённое, равнодушное.

Дальше статуи людей стали встречаться всё чаще, лица некоторых искажали гримасы ужаса, но деревянные фигуры уже не пугали Ариса. Практик шёл дальше, уже не выбирая, куда наступить, не обращая внимание на растущие всюду ценные растения.

Арис дошел до толпы деревянных людей, и протянул руку, касаясь плеча одного из них, и замер. Стоять оказалось неожиданно приятно.