Страж

Наутро после снятия лесов в дверях своей лавки стоял счастливый Лех, снисходительно посматривая на нашу мастерскую. Мы с невозмутимым видом прочапали мимо его дверей, не забыв слащаво поздороваться с этим гадом. Край хотел нассать на угол его дома, но я не разрешил.

- Это слишком низко для нас, Край, - объяснил я псу. – У нас другие методы.

Тот громко чихнул в ответ и огорченно отвернулся от облюбованного угла.

Лех с победным видом смотрел, как мы с Ларсом пыхтя вытаскиваем лестницу, расстроенно озираемся, и с подавленным видом лезем снимать нашу скромную вывеску.

- Честное слово, Лех сейчас лопнет от самодовольства, - возмущенно шипел Ларс.

- Терпение, друг мой, - ласково возражал ему я.

- Если он сам не лопнет, я ему помогу.

- Тогда стены будешь отмывать сам, - отшучиваюсь я на слова Ларса.

Будет и на нашей улице праздник. Это я уж точно кому-то гарантирую. Ныряю в мастерскую, и выволакиваю оттуда большу-у-ю вывеску, затянутую холстиной. Мы опять пыхтим, присобачивая щит над дверями мастерской. Нам помогает наш «рекламный агент», уж очень конструкция велика.

Наконец, щит надежно прибит к стене. Слезаю с лестницы, вытираю руки.

Как бы случайно замечаю Леха, переминающегося от любопытства в своих дверях. У него на морде откровенно написано: «сейчас же упру вашу новую идею». Как же, как же… друг мой, поспеши, а то не успеешь…

- Мастер Лех, приятного дня! Как поживаете?

И встаю у него перед носом, роста я, слава богу, не маленького. Не видит он ни хрена, что у нас в доме происходит. Он и так, и сяк, чуть ли не прыгает, а я знай свое, светские разговоры продолжаю ни о чем.

Боковым зрением вижу, как покатился со смеху кожевник Грэм из лавки напротив, потом захохотал плотник Хант, и его хохот подхватили остальные ремесленники на нашей улице. Лех просто посинел от нетерпения и, почти толкнув меня, устремился вперед, чтобы прочитать нашу вывеску, с которой Ларс содрал ветошь.

«Чиним дешевые ножи» - гласил наш новый рекламный лозунг.

Лех ошарашенно остановился посередине площади и глупо разинув рот, стал озираться по сторонам.

Естественно, всюду он видел только умирающих от смеха людей. Потом он побелел,  затем позеленел от злости и досады. Ослепленный обидой, Лех рванул к себе, и со всей дури воткнулся в меня.

- В чем дело, уважаемый?

Невозмутимость – это мой конек. В ней мне нет равных. Тут я король, царь и вообще властелин мира. Стою и невинным взором смотрю на трясущегося от злости торгаша.

-Ты!!!! Ты! … Это просто…. Как ты… неслыханно!.