Посланник Хаоса

Зачем пускать каждый раз пускать кровь, если можно обратить язычников в веру словом божием и терпением? Может стоит об этом сказать магистру? У каждого действия есть последствия, и если постоянно махать мечом, то наступит момент, когда он ударит в твою сторону.

Конрад фон Фейхтванген закончил молитву, но не спешил вставать с колен.

Якоб слегка кашлянул, чтобы напомнить о себе.

Верховный Магистр обернулся:

— Ты? Как странно, что ты выжил, я и не надеялся, — Верховный жестом показал Капуццо, чтобы тот помог ему подняться.

— Магистр, я готов снова приступить к службе, — Якоб слегка поклонился, отдавая почтение верховному.

— Думаю, со службой лейтенант-адъютанта тебе стоит повременить. У меня на тебя другие планы.

Фон Фейхтванген присел на кресло и молча стал смотреть на Капуццо, словно выискивая в нём неведомый изъян, понятный только ему. Сейчас он больше напоминал измождённого годами мудреца, чем бодрого вояку, совсем недавно сносившего без раздумья куршам и пруссам головы.

— Я весь во внимании, магистр, — Якоб вновь напомнил о себя, боясь, что магистр вновь надолго погрузиться в себя, как это часто было в последнее время. Дела с Господом сейчас занимал Верховного больше, чем мелочная суета жизни.

— Якоб, у меня к тебе особое поручение. Ты должен стать моими глазами и ушами у Рижского епископа, следить как происходит ход нашего общего дела, и немедленно докладывать мне обо всём.

— Это то, о чём я думаю? Воскрешение святых? — с сомнением спросил Якоб.

— Да, это оно. Помалкивай об этом и многом другом. Никто не должен знать, что ты видел у меня в голове. Во время божьего знамения, мне была дана сила свыше и понимание сути вещей. Об этом не должны узнать простые смертные.

— Верховный, а вы уверены, что это было именно божье знамение, а не дьявольское наваждение?

— Уверен. Ты – тому подтверждение. Сейчас мы с тобой практически как единое целое, наш разум сплёлся воедино.

Конрад фон Фейхтванген поёрзал в кресле, словно силясь что-то вспомнить, важное для них обоих. На секунду Якобу даже показалось, что он понял. Но магистр отмахнулся рукой и поставил ментальный блок, почуяв, что адъютант залез туда, куда не следует.

— Но тогда почему же другие братья не воскресли? — Якоб решил в слух высказать то, что секундой ранее увидел в голове Верховного.