Посланник Хаоса

Иди, мы ещё встретимся, — девушка на прощание поцеловала Якоба в щёку и отпустила руку.

Якоб сделал несколько шагов в направлении замка и очнулся. Его руки и ноги были привязаны грубой веревкой к кушетке

Экзорцист и палач ордена стояли у изголовья рядом с ним.

— Кто ты? Назовись, демон, — экзорцист потянул Якоба за нижнюю губы и занес горячую свечку над его ртом. Горячий воск капнул на кончик языка. Палач замахнулся топором, одно неправильное слово и отсечёт голову.

Глава 21

— Кто ты? Назовись, демон, — экзорцист потянул Якоба за нижнюю губы и занес горячую свечку над его ртом.

— Прошу, не убивайте, — Якоб с мольбой посмотрел на своих пленителей, пытаясь найти в их лицах хоть каплю сострадания.

Перетянутое верёвками тело нещадно болело, ноги сводило судорогой, петля на шее не давала дышать. В горле пересохло, язык прилип к нёбу, в ноздри лез тошнотворный запах палёной плоти.

Неужели всё? Конец? Зачем ведунья вернула его обратно в этот мир? Чтобы ещё помучить?

— Боюсь демон, тебе ещё долго придётся мучиться в этом паршивом теле, — экзорцист капнул воска на язык пленника.

— Прошу, хватит мучать меня. Якоб, Якоб Капуццо зовут меня, — с трудом выговорил узник.

— Он? — палач развернулся к экзорцисту.

— Тело его. Насчет души… Испытание веры проведём и узнаем

— Не повезло тебе Якоб, лучше бы ты умер. И так рожа обгоревшая, а ещё испытание.

Клирик-экзорцист достал круглый брусок и вставил меж зубов пленнику:

— Прикуси, чтобы язык цел остался.

Якоб с ужасом смотрел на приготовления: что с ним собираются делать?

Пытать? Он готов к боли.

Умертвить? На то воля Господня.

— Кисть или ступню? — спросил палач то ли у Якоба, то ли у экзорциста.

— Ступню. Тогда демон в теле человека не сможет бежать, — в словах клирика сквозила холодная логика. Он знал вещи, недоступные простому смертному.

Якоб зажмурился не в силах смотреть на то, что сейчас произойдет. Он чувствовал, как палач заботливо поправляет ему ногу, перетягивает жгутом.

Кричать? Разве это поможет? Если ему суждено стать безногим, чтобы доказать веру в Господа, то так тому и быть.

Палач начал своё мерзкое дело. Не рубил – пилил. Зубья пилы разрывали кожу, впивались в мясо, судорога пронзила ногу, отдала в шею, челюсть, глаз.