Падший лев

Их непосредственный командир явно намеревался отдать приказ убраться отсюда как можно быстрее, и большинство этот приказ поддерживали, но в то же время колдун, которого они отлично знали и уважали, упрямо продолжал конфликт. Война сразу вдалбливала в голову всем, что выжить здесь можно, только поддерживая друг друга, но противостоять инквизиторам, скорым на расправу, никто не имел ни малейшего желания. Обвинение в ереси, суд, тюрьма – десятки подобных примеров мог припомнить каждый. Но Тиер впал в ступор и молчал, а колдун, напротив, выглядел спокойным и решительным.

Инквизиторы, судя по их обескураженным лицам, оказались совершенно не готовы к такому повороту событий. Чернояр же ледяным тоном продолжал:

- Вы, кажется, не понимаете действительности, господа. Я вас просвещу. Вы находитесь в прифронтовой зоне, которая является частью зоны военных действий, в которой, соответственно, действуют военные, а не гражданские законы. По законам военноговремени любой каон[1], не принадлежащий армии короля и не являющийся местным населением или беженцем, может быть арестован, а в случае неповиновения уничтожен на месте.

Получив законное основание для своих действий, солдаты резко преобразились и решительно подняли опущенные было арбалеты.

Чернояр усмехнулся:

- Итак, господа, мы теряем время, которого, смею заверить, у нас нет. Вы мешаете проведению войсковой операции. Я не намерен долго ждать.

Инквизиторы переглянулись, оценивая ситуацию. Никто не сомневался, что их положат гораздо быстрее, чем они смогут что-либо сделать. Не поможет даже Круг Святости. Инквизиция в последнее время люто преследовала любых магов, кроме разве что волшебников, особенно ее гонениям подвергались колдуны и демонологи, которых арестовывали по любым предлогам, часто выдуманным, и отправляли в Чистилище. Последние отвечали ей ненавистью и при случае не щадили поборников. Война несколько сгладила это противостояние, поскольку королевство остро нуждалось в услугах магов, и в первую очередь колдунов, но все понимали, что ничто не забыто и перемирие лишь временное.