Падший лев

Другой вопрос – я не понимаю, почему вообще Церковь заинтересовалось этим колдуном? Она никогда особо не лезла в наши дела, даже сторонилась, а теперь такой вот поворот. И именно этого колдуна. Почему?

- Нам это пока не известно. – В голосе Айвара определенно чувствовалось возросшее напряжение. И это нравилось Реатору. Конечно же, выскочка жаждал смерти колдуна, как никто другой, а это был неплохой способ сбить с него спесь.

- Ну что ж, раз нужен, значит, нужен. Архиепископ Борео – далеко не последний человек в Церкви, так что колдуна придется отдать.

- Стой! – почти закричал Айвар. – Ты бы мог убить его сейчас, немедленно. До прибытия архиепископа Борео.

- И нарушить приказ патриарха? Ты в своем уме?

- Зачем его нарушать? Ты просто о нем не знал. И казнил колдуна раньше, чем был поставлен в известность.

- Но я-то его уже знаю.

- Генерал, это очень нужно мне. И я этого не забуду. Я хочу, чтобы колдун, наконец, подох. Надеюсь, он уже достаточно натерпелся боли?

- Да. На самом высоком уровне.

- Но будет полезен тебе. Ты же сам сказал, что он очень силен, и его энергия тебе очень даже поможет, особенно сейчас, за несколько дней перед Праздником.

- Да, поможет, –нехотя согласился Реатор, вспоминая, что его все же оторвали от дел. - Значит, ты просишь об одолжении?

- Да, – прохрипел Айвар.

- Хорошо. Я поглощу энергию колдуна, и он будет казнен. В ближайшие часы. Придется, конечно, иметь очень нехорошую беседу с архиепископом Борео, когда он прибудет, но раз просишь ты, я пойду навстречу.

- Я этого не забуду.

- Хорошо. Мне пора заняться делами.

Реатор оборвал связь. И глубоко вздохнул. Иметь в должниках этого выскочку, которого по неизвестным причинам так приблизил к себе Сайрос, было очень неплохим делом, особенно когда это ничего ему не стоило. Попросил бы Айвар или нет, он собирался казнить колдуна в любом случае. Ему нужна его сильная магическая энергия Тьмы, и отдавать его Церкви генерал точно не собирался.

Но этот колдун определенно очень не прост. Он либо действительно сошел с ума, не выдержав мук боли, которые еще никому не давались в такой силе в Чистилище, чтобы не убить раньше времени, либо каким-то образом сумел разгадать смысл содержания в Энергетических камерах, и прекратил попытки использовать магию. В любом случае он был опасен. Особенно если учесть, что им заинтересовался сам патриарх.