Падший лев

Лишь одинокий могучий олень отважился выйти из леса на самый край изумрудного поля.

Все это дополнял белесый туман, медленно наползающий на равнину со стороны низин у реки. Сначала он достиг скорчившихся от боли камней, окутал их со всех сторон, а потом, словно немного подумав, поглотил целиком, скрыв в своем разрастающемся теле. В нем вроде не было ничего необычного, даже погода стояла достаточно прохладная для этого времени года, и появление тумана представлялось вполне нормальным явлением. И снова лишь очень придирчивый взгляд мог заметить странность в том, как постепенно затихали насекомые, как ночные птицы спешили улететь прочь от этого места.

Живая природа сразу замирала при приближении тумана. Окажись здесь маг, неведомым способом попавший на эту богом забытую равнину, даже он не смог бы обнаружить ничего необычного в этом тумане, разве что самые зачатки, скорее даже едва уловимую тень чего-то непонятного и мистического. И то скорее лишь на уровне интуитивных ощущений. Туман представлялся вполне обычным, и уж точно не несущим в себе ни малейшей угрозы. Но живых существ не обманешь.

Они чувствовали Смерть, ее присутствие, и сердца их наполнялись страхом, а инстинкты вопили только об одном – поскорее отсюда уйти. Подальше от Смерти. Бежать!

А это весьма раздражало Таэма, хашша[2] Смерти, одного из самых засекреченных существ в мире Мертвых, особенно такого высокого ранга. Даже в Ромуле, ближнем военном совете при Регенте, о его существовании знали лишь единицы.

Не говоря уже о большем.

Он владел искусством скрытности в совершенстве, как, наверное, никто другой, но даже это не могло помочь. Говорят, нежить лишена эмоций, присущих любому живому существу, но это лишь басни, придуманные Святой Инквизицией[3], в которые, впрочем, все слепо верили. И раздражительное состояние хашша в данный момент служило тому подтверждением. За многие десятилетия службы ему удалось отточить мастерство своего дела до предельных высот, но совершенства достичь удавалось все равно далеко не всегда.

С его точки зрения.

И данная операция не стала исключением. Какие бы меры ни принимались, Жизнь всегда будет ощущать присутствие Смерти, равно как и наоборот. Это заложено на генетическом уровне всех существ Империала. И хашш, конечно же, все прекрасно понимал, но смириться с этим не мог.

Задача, которую ему поставил повелитель, оказалась проста и непонятна одновременно, хотя Таэма последнее и не слишком беспокоило.