Рагнарёк

- Тогда, когда ты ушел, - Иегова помолчал, подбирая слова. – Ты же видел, что я хотел сказать, чтобы…

- Да, ты хотел сказать то, что могло бы меня остановить, - кивнул головой Люцифер, вновь оголив клыки, - я видел это. И я сразу понял, о чем ты думаешь. Ты бы отказался от трона, его бы занял кто-то другой, но все равно не я. А я считаю, что если не я, то лучше ты будешь править Небесами, чем кто-либо другой.

- И все же, ты не хотел мне служить.

- Именно. Как слуга, уволь, ни за что, но как друг, пожалуйста, я к твоим услугам без остатка.

- Что ж, спасибо.

И с тех пор прошло много времени. И два бога, два правителя, каждый своего царства сотворили много миров. Долго они думали над каждым миром, продумывая каждую деталь, каждую мелочь. Создавая жизни, окружение и среду обитания, для этих жизней. Но дольше всего они творили и спорили при создании Земли и ее обитателей. Дали они этой планете день, ночь, природу, различных животных и сотворили человека. И они оба посчитали, что человек - это их лучшее творение, созданное по их образу и подобию, наделенное душой и эмоциями.

Которым от темного бога пришло такое как: жестокость, алчность, страх. А Светлый же разбавил это: добротой, щедростью и любовью. Ни в одном созданном им существе не было столько всего заключено. Несомненно, в это творение было вложено по частички от каждого бога. Люди стали любимыми детьми.

- Они не должны знать, что я тебе помогал, - сказал однажды Люцифер, когда они почти заканчивали создание мира.

- Почему ты так решил?

- Мы с тобой сотворили то, что было не под силу даже Древним Богам, - начал медленно Люцифер, мыслями оставаясь над Землей, хотя они по-прежнему были в сером междумирье.

– Мы наделили людей свободой воли, они вправе распоряжаться собой и выбирать то, что им нравится.

- Кажется, я тебя начинаю понимать, - в голосе Иегова были слышны не скрываемые нотки печали.

- Я и не сомневался, что ты поймешь, - улыбнулся Люцифер другу. – Мы должны соблюдать территорию добра и зла. У них должен быть выбор.

Ведь так интереснее.

- Намекаешь на то, что кто-то станет плохим, а кто-то хорошим?

- Намекаю? Я думал, что говорю об этом прямо! – клыки Люцифера, которые стали еще больше, обнажились в хитрой улыбке. – И, тем не менее, это наши с тобой создания, и мне не хочется видеть то, как они становятся ничтожествами, творя только зло, думая, что за это не будет наказания. В этом случае, мы с тобой будем плохими родителями. Им нужна вера в хорошее, и страх перед плохим.