Преступивший Грань

Ему нужен был раб и рабом этим должен был стать именно землянин.

Когда же что—то пошло не так, Гадаар вновь попытался устроить подлость. Сейчас, получив некоторый практический шаманский опыт и обладая специфическими знаниями, Тима четко это видел.

Можно было, конечно, порассуждать на тему, что тело—то принадлежит Гадаару и некрасиво его узурпировать и тот был в своем праве, пытаясь выселить наглого вселенца. Но Тима был не из тех, кто подставляет вторую щеку под удар. Он считал, что за каждый свой поступок и слово нужно уметь ответить перед тем кто может спросить.

Была, правда, еще одна причина. Но в ее наличии, почему—то, попаданец стеснялся признаться даже самому себе. И была эта причина банальна до невозможности. Просто—напросто, сейчас, после смерти, ему очень сильно хотелось жить.

***

Этот день у Тимы прошел все в тех же заботах, что и предыдущие. Отличие состояло лишь в том, что он подготовил небольшой запас готовой еды для дальнейшего пути и наконец—то закончил первичную работу над кинжалом.

Теперь заготовка ничем не напоминала тот обломок камня, которым была всего несколько дней назад. Матовый клинок, темно—серого, с бирюзовым отливом, цвета выглядел очень опасным, даже хищным.

Тима, признаться честно, был крайне впечатлен получившимся результатом. Подобного, имея лишь самые общие понятия о шлифовке и полировке, он от себя не ожидал. Впрочем, особо радоваться тоже не стоило, ведь работа была сделана всего наполовину, ведь, нужно было еще сделать и как—то прикрепить рукоять.

Ночь прошла спокойно и Тима снова отлично выспался. И, как следствие, вновь имел отличное настроение. Сборов, как таковых не было — все что нужно, попаданец собрал накануне вечером. Поэтому, в последний раз позавтракав в этом, ставшим для него почти родным, лагере, надев свой, ставший уже привычным, вещмешок, Тима наконец—то отправился в путь.

Ему было слегка грустно и не хотелось уходить с насиженного места, уж очень он прикипел к этому месту душой.

***

Радужное настроение продержалось у Тимы не больше часа. А испортила его ему какая—то непонятная, заросшая длинной рыжей шерстью, многорукая тварь, спикировавшая на него с одного из деревьев. Размером она была чуть меньше средней макаки, однако в момент прыжка показалась попаданцу просто огромной.