Самое древнее зло I. Брянский фоллстрайк

Я сжал кулаки и пошёл навстречу к магу. Но сжал не от готовности к битве. Не хотел, чтобы маг увидел, что узоры на моих ладонях едва тлеют — у меня закончились силы.

4

Маг в жёлтой робе выжидающе остановился. Стражники рассредоточились по двору почтовой станции, окружая меня полукольцом.

— Кто такой? — спросил маг. — Назови должность, Отметку и класс магии. И где твоё разрешение на осуществление магической деятельности в прифронтовой зоне?

— Господи, и здесь бюрократия! Зовут меня Матвей, я внеклассовый маг.

— Ты мне не приказывай, кому приказывать.

Всё же, узнав, что я внеклассовый, пропагандист сделал несколько шагов назад. Значит, примерялся к расстоянию, чтобы начать магическое действо. Скорее всего, рассчитывал создать стандартный щит. Обычная тактика средненьких магов: обезопаситься и наблюдать за врагом, ожидая, что тот потратит силы на первый удар.

Я вспомнил слова Драгена:

«Запомни, Матвей, ты — боец.

Тогда я разжал кулаки. Надеялся, что мои лини ещё достаточно ярко светились.

— Шеф, он — рукотворец, рукотворец! — зашептал один стражник.

— Без тебя вижу.

Жёлтый маг, стараясь скрыть панику, суетливо создал вокруг себя поле защиты:

— Что тебе надо? Ты же знаешь, что внеклассовые маги не имеют права осуществлять магическую деятельность на территории стран Голдиварского Объединения Наций.

Господи, ещё больше бюрократической чепухи из иного мира.

— Это ещё почему? — обиделся я. — Как и ты, я могу играть на магических струнах. А раз ты знаешь, что я внеклассовый, то знаешь, что могу в одну секунду всех вас уничтожить?

— Если будешь в потоке озарения.

— Поверь, я ещё из него не вышел.

Я отчаянно блефовал. Если маг не поверит и начнёт драку, то я не выйду из неё живым… Да, я сломлю его защиту, но не успею отразить атаку десяти арбалетчиков.

По лицам некоторых стражников заметно, что они боялись. Сам маг потихоньку увеличивал прочность щита. Хороший признак — он окончательно ушёл в оборону. Чтобы подстегнуть их нерешительность, я поднял руки ладонями к лицу, как бы вглядываясь в светящиеся узоры кожи.

Маг сделал вид, что у него слишком много дел, чтобы тратить время на меня:

— Пусть с тобой Хантлангер разбирается, — сказал маг. — Свободен.