Самое древнее зло I. Брянский фоллстрайк

Толпа отпрянула. Маг в жёлтом плаще не шевельнулся, скучающе наблюдая происходящее.

Баэст испуганно отступил к барной стойке:

— Подумаешь, у самих магия найдётся.

Вошли двое стражников.

— Развейте кинжал, кэресса, — приказал один стражник.

— Иначе мы примем меры, — добавил второй.

Женщина обмякла и покорно растопырила пальцы — магический кинжал несколько раз перевернулся в воздухе и с шипением растаял.

Стражники вежливо подхватили женщину под руки и вывели. По их лицам понятно, что они не верили в то, что она шпионка, а такие гражданские ссоры — обычное явление.

— Простите, кэры и кэрессы, — поклонился лакей, задержавшись в двери. — Моя госпожа очень страдает после смерти сына.

Глава 28

28. Трофеечки

1

Когда дверь за арестованной женщиной закрылась, маг-пропагандист убрал умобраз с паузы. Появилось изображение дворца Гувернюра в Химмельблю. Закадровый голос продолжил:

— Посол Деш-Раджа был повторно вызван к Гувернюру, чтобы дать ясный ответ о намерениях его страны в текущем конфликте.

«Вы должны принять окончательное решение, — сказал Гувернюр. — Или вы осуждаете действия коалиции предателей, или вы окончательно объявляете нейтралитет, как Енавское Княжество, подтверждая свою недееспособность как независимое государство».

Политика была менее интересна, чем её прямое продолжение — война. Кружок зрителей умобраза рассеялся. Женщины бросились на улицу, в поисках очередного солдата, которому нужно оказать «материнскую заботу».

Вокруг умобраза остались дети, радующиеся любому развлечению, и диванные аналитики.

Они усиленно вслушивались в новости дипломатии, обмениваясь многозначительными кивками, будто решения Гувернюра зависели от их одобрения.

Остальные мужчины заново набили трубки. Закурили и начали вспоминать, у кого какого родственника и каким образом убило на предыдущей войне, которую в Голдиваре называли Третьей Мировой.

Значит, сейчас шла — Четвёртая. Действительно, в цивилизационном развитии Земля отставала от Голдивара!

Я и Баэст вернулись за барную стойку.

— Каждая нервная тётка магией вооружилась, — продолжал бурчать мой спутник. — Надо ввести мораторий на продажу боевых руллей гражданским лицам. Война как-никак, везде шпионы.

Я заказал нам ещё по кружке зернового дрикка. Вспомнил выражение «на воре и шапка горит». Баэст усиленно искал шпионов, чтобы его самого не заподозрили.

Он окончательно захмелел.

— Эй, ты! — крикнул он нашему вознице.