Первое правило дворянина

В этот момент к нам за стол подсел Мясников, который отпил немного апельсинового сока и сказал:

— Даша просила тебе передать, что ты невоспитанный грубиян.

— С чего это вдруг?

— Я ей сказал, что ты пошутил на счет отжиманий, — усмехнулся Никита. — Между прочим, мог бы с девушкой и попроще шутить.

— Да куда уж проще? — чуть не подавился овощами я и увидел, что Юра помахал кому-то рукой. Я обернулся и заметил Владыкина, который демонстративно отвернулся. — Ну не хочет он со мной сидеть за одним столом, что непонятного?

— Детский сад, — нахмурился Кучин и проглотил еще один кусок мяса.

— Я тоже, — сказал я. — Вот набью ему сегодня морду, чтобы в следующий раз за языком своим следил и помиримся. Ну а там как знать, может быть, он вообще не захочет с бароном разговаривать?

— Ох и высокого ты мнения о своих способностях, Соколов! — сказал Никита и налил себе еще сока. — Не слушаешь ты нас, а ведь Мишка и в самом деле серьезный боец, один из лучших, что мне доводилось видеть, так что как бы он тебе морду не набил.

Серьезный, говорите? Вот взяли и весь аппетит испортили — теперь придется плотно не наедаться, а то какой из меня боец? Ну, а в остальном мы сейчас выясним, кто перед кем извиняться будет.

Глава 7

Я не знаю сколько в Академии обучается курсантов, но мне кажется, что в этот вечер на спортивной площадке собрались все до одного. Понятное дело, я бы и сам не пропустил подобное зрелище, а тут еще такая интрига — новенький, выскочка, сын казненного заговорщика сойдется в рукопашной с молодым графом Владыкиным!

Никаких друзей и приятелей у меня здесь не было, поэтому вполне логично, что перед боем никакой поддержки я не получил.

Все это было вполне объяснимо, лизоблюдов всегда хватало, но вот что меня насторожило, так это то, что в успехе Владыкина здесь, похоже, никто не сомневался.

На площадке мы выбрали полянку, где трава росла погуще и разделись до пояса. При всей худобе графа было видно, что находится он в очень хорошей физической форме, а рельеф мышц был такой, что когда он начал разминаться, некоторые девицы даже восторженно вздыхали.

На его фоне я смотрелся весьма бледно, а мое тело никакого ликования вызвать не могло, разве что вздохи сочувствия.