Первое правило дворянина

— Ну а вообще в Академии наберется около десятка курсантов, у которых и в самом деле были серьезные разногласия с Киреевым по разным поводам, так что дело непростое.

— По крайней мере нас это уже касаться не будет, — нахмурился начальник. — Сегодня они все разъедутся по своим домам к чертям собачьим, а там пусть уже их родители хлопочут! Кстати, Софья Николаевна, позвоните матери Киреева и расскажите про текущую ситуацию, а то она мне уже несколько раз трезвонила. Судом каким-то угрожает, такое ощущение, что я за ее сыном хвостом должен был ходить.

— Хорошо, Петр Иванович, — кивнула Таганцева и встала со своего места.

— Только подробностей никаких не сообщайте и о том, что у ее сына были здесь какие-то конфликты тоже ничего не говорите. Скажите просто: все покрыто тайной, ведется следствие, подозреваемые опрашиваются, ну и так далее. Лучше всего вообще отправьте ее в жандармерию, пусть они с ней сами разбираются. У нас с завтрашнего дня новый набор начнется, дел будет по горло — так что не до нее совсем.

— Я так и поступлю, — пообещала девушка. — Можно идти?

— Да, идите.

В этот момент у Белавина зазвонил телефон. Он посмотрел на экран и показал его Софье — звонила мать Киреева.

— Сделайте милость, позвоните ей прямо сейчас, хорошо? Она мне телефон разрядит, ей Богу!

* * *

Вот что хорошо умеют делать жандармы, так это трепать нервы и давить на психику. Самое интересное, что представители этой профессии были как близнецы-братья, одинаковые во всех странах мира.

В общем, после допроса в Академию из жандармерии мы с Владыкиным вернулись вымотанными, как будто только что в Портале побывали. А с учетом того, что мы еще не успели отойти от вчерашнего выпускного, дело вообще принимало плохой оборот.

— Сейчас бы в баню и спать, — негодовал Мишка, пакуя свои вещи в комнате. — Вот пристали! Зачем выходил? Куда выходил? Почему выходил? Кого видел? Кого не видел?Еще немного и начали бы спрашивать — с кем вчера трахался и почему именно с ней? Дуболомы хреновы! Я мог бы уже давно дома дрыхнуть, а вместо этого со следователями общаюсь! Мне что, делать больше нечего, я понять не могу?

— Жандармы карамба! — отозвался на его ругань Тосик, который лежал на кровати и внимательно слушал графа.

— Даже Тосик со мной согласен, — кивнул в его сторону граф.

О, Владыка империй! Я лучше промолчу в данном случае.