Вне клана (Рейн 1)

Вкус и того, и другого показался мне одновременно и знакомым, и непривычным, будто одна часть меня ела подобную еду много лет, а другая часть привыкла к чему-то совсем иному.

Двойственность так меня озадачила, что, наверное, целую минуту я сидел, глядя в пустоту перед собой, и только звук ложки, скребущей по дну миски, привел меня в чувство — это сосед, такой же «живчик», доел свою порцию и теперь вопросительно смотрел в мою сторону. Нет уж, привычная еда или нет, но делиться ею я не собирался.

Свободных лежанок в казарме оказалось больше половины — их поставили с запасом, рассчитывая на появление новых беспамятных бойцов.

Я выбрал ту, которая стояла достаточно далеко и от входной двери, и от обоих окон. Выбрал, и только потом задумался, почему так. Память прямо не ответила, только передала смутное ощущение, будто опасность всегда пробиралась внутрь через окна и двери. Какая опасность могла таиться здесь, в обычной деревне, да еще битком набитой солдатами, память умолчала.

Соседи, судя по всхрапывающим звукам, уже спали, но ко мне сон не шел.

Глядя в темный потолок, я размышлял.

В рассказе офицера ничего неожиданного не оказалось. И без того ясно, что я участвовал в какой-то битве, раз уж очнулся среди трупов. Еще выяснилось имя побежденного противника — не особо полезная информация.

Потом я вспомнил слова офицера — «наши маги». Интересно, а кто-то из «живчиков» владел магией?

Я вот, например?

Человек на вершине холма вытягивает руку, его ладонь на мгновение окутывается огнем, а потом лес внизу вспыхивает и моментально сгорает, опадая серым пеплом.

Я заморгал. Образ оказался таким ярким, будто огненный маг стоял прямо передо мной.

Сев, я вытянул вперед правую руку таким же движением, как человек в моем воспоминании, и мысленно приказал огню появиться…

Не то что огня, даже самой завалящей искры не вспыхнуло.

Я попробовал то же самое левой рукой, потом с сожалением опустил ее, вздохнул и упал назад на лежанку. Не маг, значит. Грустно. Хотя, раз я все забыл, то мог забыть и то, как призывать магию.

Заклинания там какие-нибудь произнести или… м-м…

Использовать амулеты — сказала память, но, когда я попытался вытащить из нее чуть больше деталей, тут же пошла на попятный и притворилась, будто ничего мне не говорила.

Что-то шевельнулось в темноте. Послышался шелест. Такой тихий, что его должно было заглушить дыхание спящих — но не заглушило. И этот шелест мне отчего-то сильно не понравился, заставив остро пожалеть, что я безоружен.