Клятва Чемпиона. Том 1

Демонюка сразу же крутанул оружие в руке, стрельнул в меня надменным взглядом и встал в боевую стойку. А затем хладнокровно прошипел:

- На колени.

Глава 7: Следующий уровень

- Вот знал же, что тебе нельзя доверять, - опешив от такого подлого поступка демонюки, я начал отступать назад, но уже через два шага упёрся в стену. – Ты же решил так пошутить?

- Какие тут шутки? – топор в руках Кареона обрёл призрачную форму, такую же, что была, когда я впервые его увидел. – На колени, чемпион.

- Прекращай, демонюка.

Но никакого эффекта не случилось. Оружие больше не подчинялось мне.

- На колени! – Кареон повысил голос.

Вот же сволочь! Таки обыграл меня.

- На колени! – Кареон поднял свободную руку вверх, оттопырив пальцы так, будто держит невидимый шар.

Не успел я и подумать о том, что этим жестом демонюка задумал, как моё тело перестало меня слушаться. А в следующий момент он махнул рукой вниз и меня буквально пригвоздило коленями к земле.

Таки он прав. Шутки действительно закончились. В битвах против мутантов всё понятно было – сражайся или умри. Но, когда твоим телом управляют с помощью телекинеза, вся понятность улетучивается к чертям.

- Топор содержит силу, - Кареон обошел меня и встал сзади. – Сила топора укрепляет душу. Душа делает сильнее плоть, - я почувствовал как он коснулся моей спины. Точнее нет, не спины. Он прикоснулся прямо к душе. А затем схватил её и резким движением выдернул из плоти.

Физическая боль, которая сопровождала это выдергивание, пролетела молниеносно, но сразу же её сменила боль душевная. А её отличало то, что она гораздо чувствительнее плоти. Душа – это оголённый нерв помноженный на пять.

К тому же, от той боли, которую испытывает душа, ты не можешь потерять сознание.

- Что ты творишь, демонюка? – я буквально кричал. Это было невыносимо.

- В этот раз я не предоставлю тебе выбора, так как путь сейчас только один, - Кареон прикоснулся лезвием топора моей духовной спины и взвинтил этим боль еще сильнее.

- Будь ты проклят, предатель.

- Зря ты так, - Кареон хладнокровно вычерчивал какие-то линии на спине моей души, показывая мне этим запредельные уровни боли, - я ведь ни разу тебе не соврал.