Несуществующий

Ноги задрожали, и я забыл, как дышать, но картина не ушла. Я продолжаю всё пристальнее вглядываться в эти глаза, так что с каждой секундой мне становится всё более жутко. Но не от того, что вижу в них, а от того, что они видят меня и не узнают…

***

Развалины. Человек.

Долгую секунду мы буравили друг друга пристальными взглядами. Маленькие коготки царапнули грудь. Я рывком сел на месте и попытался отползти прочь со сдавленным то ли матом, то ли криком. Белая молния метнулась в темноту, по ушам ударил пронзительный короткий звук.

Тень скрылась в ночи. Тянущее чувство холодной пустоты образовалось в груди.

***

Лес. Зверь.

– «Всё плохо», – мысли вновь помутнели, став роскошью. – «Всё очень и очень плохо…» – мною движут инстинкты, самые древние и страшные.

Я хочу потерять себя в бешеной гонке, через мрачное переплетение ветвей и стволов. Я желаю забыть боль, что растворяет мозг в огне от невозможности осознать происходящее. Я мечтаю спрятаться от муки душевной – чувства беспомощности и безнадёжности, что терзает диким ознобом, зарождающимся в самых глубинах естества.

И я знаю, что стоит мне сделать всего несколько шагов за грань… Стоит только отпустить себя… И настанет конец. Не будет больше боли. Не будет страха. Ничего плохого больше не будет. Даже меня... Возможно, не самый плохой выбор?

***

Развалины. Человек.

– Чтобы я жил долго и счастливо, – тяжело дыша, выругался я. – Да что это…

Глаза, немного привыкшие к тьме, зацепились за рельефную картину серых тонов, которой стал мир.

Я сфокусировал взгляд, и мне стало не по себе. Меня окружал лес. Точнее, я находился на небольшой поляне с раскинувшимися здесь же развалинами: грубые, корявые каменные обломки торчали из земли, где-то уже почти заросшие, поглощенные природой, но по большей части возвышающиеся огромными, холодными, хаотично разбросанными, чёрными монолитами. Именно этот комплекс окружал лес – непроглядно темный в густом буреломе, дышащий стылой силой, с частоколом остроконечных хвойных вершин, упирающихся в низко висящие тёмные облака.

– И что это за фокусы? – спросил я полный смолянистого запаха хвои воздух. – Откуда всё это? – слова застыли передо мной серебристым облачком.

Я попытался подняться. Запоздало пришло понимание, что нахожусь на самом высоком из обломков. Небольшой кусок перекрытия, уцелевший в пересечении стен. Паутина из страха и непонимания медленно оплетала разум, сковывая мысли. Я судорожно вцепился в поросшие мягким мхом остатки стены.