О.М.Б. Том 1. Пепел власти

Максу приходилось то и дело щуриться, моргать, тереть глаза, чтобы вернуть взгляду привычное состояние. Но это не спасало. А еще глазные капли закончились и теперь глаза резало, будто острым песком.

«Да и плевать!» — думал Макс и продолжал работать.

Все, что ему было нужно, скорее закончить работу. Добавить последние штрихи в программу и подготовиться к завтрашней презентации. Четыре чертовых года он потратил на этот проект, и теперь уж никак не мог допустить, чтобы какая-нибудь мелочь, какой-нибудь даже пустяковый косяк все испортил.

Поэтому вот уже третьи сутки он работал, забывая про сон, еду и отдых. Работал и пил кофе: одну, вторую, третью, а к вечеру и вовсе сбивался со счета. Секретарша Дина нерешительно пыталась возражать, что-то мямлила про то, что вредно пить столько кофе, пыталась подсунуть ему еду, но Макса это только раздражало.

Никакие уговоры или усталость не могли его остановить. Только вперед — простой и безотказный девиз. Он еще в детстве уяснил, что ничего не достается просто так.

Еще час работы, и вот Макс уже вошел в азарт, прилив сил открыл второе дыхание. Он еще выпил чашку кофе, на этот раз сделал сам впопыхах, потому что в четыре утра в офисе нет Дины.

И вот финал. Завершение большой работы. Последняя точка и облегчение.

Пока приложение запускалось, он размышлял о том, что вот сейчас последний тест, а после неплохо бы и поспать.

Он чувствовал удовлетворение, когда на экране крутилась сверкающая эмблема бриллианта.

Это произошло так резко, что он даже не понял, как так получилось, что его вывернуло от боли и опрокинуло на пол.

Судорогой свело все тело — дернувшись, он уронил чашку с недопитым кофе, черный напиток залил провода, заставив вмиг погаснуть монитор. Остальные остатки кофе медленно растекались по столу, заливали бумаги, стекали на туфли.

Сердце колотилось слишком быстро.

«Всё-таки нужно было слушать Дину и не хлебать столько кофе», — разозлился на себя Макс.

Он попытался дотянуться до телефона и вызвать скорую, но рука не повиновалась, а лежала безвольно, словно это и вовсе была не его рука.

После оглушило от гнева. Он умирал — вот так бесполезно и бездарно из-за собственной тупости и желания прыгнуть выше головы.

Но больше всего его злило, что это произошло в тот самый миг, когда он стоял в шаге от мечты.