Семена Распада. Том I

И каждый из них хотел быть обласкан не только мирскими наградами, но и божественной милостью.  

Светоносный не прощал подлости и корысти, а потому бывшие соперники рубились плечом к плечу, оберегая жизни друг друга с тщанием большим, чем иные товарищи. Более того каждый по мере возможности следил за своими соседями по ратному полю и старался подмечать, кто скольких и каким образом Seliri прикончил. 

— Фаир Эзерон, сзади! — Каменная палица пронеслась над головой успевшего пригнуться ксэхэта, Саркрист, развернув коня вполоборота и вытянувшись в стременах, нанёс точный удар пикой в грудь противника.

 

— Благодарю, Кромт! Пятый, пожалуй, тянет на Знак Верности. Слева! 

— Спасибо. Уже одиннадцатый. 

— Не плохо! Рассчитываете на ксэхэтство? 

— Если только в мечтах. Фаир Лайрон, осторож… — на этот раз предупреждение запоздало, и внезапно появившийся Зверь набросился на рыцаря, чей герб украшали три чёрные стрелы, и повалил того вместе с конём. Бедняга ничего не успел предпринять, тяжёлая лапа чудовища проломила латный ворот и когти впились в ничем более не прикрытую шею.

Кромт яростно обрушил секиру на спину малтари, но тот остался жив даже когда лезвие, проломив заслон из шипов, вгрызлось в хребет. Зверь рванулся, вырывая оружие из рук рыцаря, и древко треснуло, переломившись с отвратным хрустом. 

В это время в схватку решили вмешаться ещё несколько противников — четвёрка гэртари налетела на обезоруженного искателя славы. 

— Sentero! — закричал вовремя появившийся блюститель, окружая всадника сияющей защитой и не теряя времени, сотворил ударное заклятье.

— Limerto! 

Сполох нестерпимо яркого света мгновенно испепелил нападавших, а вместе с ними ещё полдесятка наседающих со всех сторон тварей. 

— Благодарю вас. — Рыцарь поклонился, попутно извлекая палаш из седельного чехла. — Жаль, что я так не умею, не то обошёл бы фаира Лайрона, как…

Болтливость никогда не являлась воинской добродетелью, а особенно во время сражения, Кромт не успел окончить своё хвастливое обещание, так как вспышка тёмного Ivey, проредив колдовской щит, раскалённым ножом вонзилась ему в спину.

Боль была дикой, но милосердное забвение пришло быстро, в тот миг, когда рдяные молнии страшного заклятья дошли до сердца рыцаря и навсегда остановили его.

— Eyt! — закричал блюститель, посылая световой луч в стоящего на парапете ратуши колдуна, но либо тот оказался слишком проворен, либо служитель Светоносного недостаточно точен.