Соболев. Глава Рода.

Третью попытку Волков решил не делать, а вместо этого медленно пошёл ко мне. Он выхватил из ничего призрачное оружие, меч, очень похожий на тот, которым орудовал Гена и коротко взмахнул им в моём направлении.

С острия как будто сорвалась длинная и толстая змея, которая мигом пролетела расстояние, что нас отделяло и обвила меня.

Вот только я был готов к этому сюрпризу, и у меня в руках оказались призрачные сабли. Я перехватил сабли лезвиями вниз и рассек эту хреновню.

А затем снова перехватив оружие и побежал на Богдана, который тоже мчался на меня.

Тридцать метров мы преодолели мгновенно, я справлялся даже быстрее и на последних шагах, подпрыгнув, ударил сразу двумя саблями, целясь Богдану в голову.

Тот принял мои клинки на свой меч, сила удара была такая, что ему пришлось отшатнуться и схватиться лапой за лезвие, иначе он получил бы собственным оружием по голове.

Я постарался достать его в живот, сделав ложный выпад одной саблей в горло, но тот увернулся от одного клинка, подставил свое оружие под второй и попытался ударить меня ногой, на которой, как и на руках были бритвенно-острые клинки.

И, в отличии от меня, он попал, правда не когтями, а коленом, дистанция хоть и маленькая, но всё равно достало ощутимо. Хорошо он меня потряс, и по хрусту я понял, что мне дежурно сломали ребра. Пришлось прекратить атаку и, разорвав дистанцию, уйти в защиту.

Богдан тут же этим воспользовался и принялся что есть силы молотить сверху вниз своим мечом.

Вот только мне это не удавалось, эта сволочь тоже быстрая, плюс с его шерсти то и дело срывались какие-то черные капли, которые впивались в меня, отчего моя огненная плёнка вспыхивала.

Так продолжалось довольно долго, по моим ощущениям несколько минут, и вот тут уже я начал понимать, что проигрываю.

Пот начал заливать глаза, движения становились медленнее, как будто я отпахал минут пять в меньшинстве. Да еще и постоянно ложась под шайбу.

Сходство усиливалось еще и тем, что что он пару раз по мне попал, правда вскользь, ничего серьезного, но мою огненную пленку он пробил, оставив на плече и левом бедре неглубокие, но кровоточащие раны.