В плену сознания

Ко второму месяцу постоянных уговоров Олега «взяться за ум», Андрей смирился с тем, что не сможет уговорить парня вылезти из подсобок, что являлось истинной целью всех этих непрекращающихся разговоров о пользе Олега вне служебных помещений.

Андрей стал тем самым единственным другом, который действительно переживал за судьбу замкнутого и нерешительного Олега, искренне считая, что парень самостоятельно губит свою жизнь, избегая людей.

– Тебе двадцать лет уже, – стандартно начинал Андрей свою мини проповедь, – а ты целыми днями возишься с бумажками в подсобке, пропуская все самое классное, что может быть в жизни – молодость с ее бесконечными вечеринками, девушками, кучей знакомств, безрассудных поступков, в конце концов!

– Да-да… – не отрываясь от работы, обычно отвечал Олег.

 – Я скучный застенчивый дурак – это не новость.

На что Андрей взмаливался, устремив взгляд и руки к небу, и отвечал, что не это все имеет в виду. Что говорит о нормальной жизни в двадцатилетнем возрасте, о том, что это время считается золотым и лучшим, по мнению многих людей.

Что именно в двадцать стоит бесконечно влюбляться, расставаться, гулять и развлекаться, ведь дальше не будет проще и легче. Дальше заработает разум, который не позволит всего этого.

Но Олег всякий раз отвечал, что у него разум уже заработал, мол, поезд ушел, да и жизнь в целом у него не предрасполагает к радости.

И Андрей отставал от него на некоторое время, чтобы спустя пару недель снова начать ныть о том, что Олег живет не так, как надо.

Очевидно, он сам жалел об упущенных в свои двадцать «подвигах», на которые теперь пытался подвигнуть своего молодого подчиненного ставшего ему, между тем, настоящим другом. Хотя жена этой дружбы не одобряла.

Олег был несколько раз в гостях у начальника, но с его супругой виделся единожды. Она избегала его. При первой встрече она продемонстрировала новому другу мужа и пустой взгляд и поникшую улыбку и спину, которой поспешила отвернуться и убежать – стандартная реакция, к которой Олег давно привык.

Ему бы не поднимать глаз и не смотреть на нее, но знакомства так не проходят. Должен быть зрительный контакт.

Андрей тогда нехило удивился. Ведь никогда не видел жену такой резкой и невоспитанной. Да, она проявляла неуважение к его друзьям, после трагичной истории со Степаном, но в целом она была приветливой особой. Олег ничего не сделал, чтобы вызывать у нее необъяснимое чувство то ли страха, то ли неприязни.