В плену сознания

Вдыхал полной грудью и, прихватив пару бутербродов для быстрого перекуса в первой четверти дня, отправлялся к остановке.

Троллейбус практически всегда приходил ровно за двадцать пять минут до начала рабочего дня и лишь в дни непогоды мог задержаться. Раньше времени не приходил ни разу за те три месяца, что Олег на нем ездил.

В гипермаркет со второго рабочего дня он стал заходить исключительно с черного входа. Так гарантированно отсутствовали встречи с коллегами на пути. Хватило с него первого знакомства с коллективом.

Приветствия коллег, ну хоть кого-нибудь, кроме начальника Андрея, парень больше не слышал. И потому, что избегал встреч и по причине того, что коллектив отгородился от него прочными незримыми стенами, за которыми позволял себе заниматься всем чем угодно, только не смотреть в его сторону.

Двое из коллектива, наверное, самые неустойчивые, уволились по собственному желанию в первую неделю, после появления новичка в коллективе. Причиной ухода они обозначили «сложную рабочую обстановку». Об этом парень узнал со слов Андрея, который понять не мог, что такого невыносимого они нашли в дружном коллективе гипермаркета. Директор магазина будто был слеп и не замечал в упор, как больше десятка человек игнорируют одного и наоборот.

Прошмыгнув незамеченным в небольшую подсобку, где стоял его рабочий компьютер, Олег начинал свой рабочий день с просмотра электронной почты, по нажатию клавиши принтер начинал выдавать распечатки, на которых указывались товары, коды и прочая информация для внесения правок по ценам товаров. После оставалось только распечатать новые ценники, на специальном принтере, чем парень обычно занимался в обеденный перерыв.

Как правило, с полудня до трех часов дня, Олег отправлялся на склад и проводил небольшую ревизию среди товаров, ценники на которые следовало изменить к следующему рабочему дню.

По этой причине на полках в торговом зале ценники от данных товаров убирались. Их все еще можно было приобрести, но цену следовало запросить на кассе. За полгода не случалось ни единой накладки. Нелюдимость и концентрированность только на себе делали Олега идеальной машиной для учета и переучета.