Ветер гасит пламя

Вы же помните, какие слова произносит император, принимая корону?

Магистр скрестил руки на груди, демонстрируя, что он всё знает, только не понимает к чему, но всё же ответил:

– Обещает быть отцом нации и так далее. Стандартная формулировка в любой стране.

– Вот тут вы ухватили суть, но в результате смысл прошёл мимо, – Энгюс опять вздохнул. – Он произносит: «Клянусь следовать заветам Единого и быть светочем в соблюдении заповедей Его». Господь же заведовал нам быть образцовыми семьянинами. И если император – это пример для подданных, то эталоном для императора является его духовник.

– Так вы… – Ислуин был так удивлён, что перестал следить за дорогой и чуть было не споткнулся на намёрзшем участке льда. – Чтоб тебя, – он замахал руками, восстанавливая равновесие, после чего уточнил: – Но полноправно вступая в Орден, вы же приносите обет целомудрия?

Энгюс на это развёл руками и в третий раз вздохнул.

– Вот в том-то и проблема. Став духовником императора, я теперь обязан отказаться от обета безбрачия, жениться, а потом в идеале обзавестись своими детьми.

Самый поздний срок моей свадьбы – вторая годовщина коронации. Понимаете, какую охоту на меня устроили в Турнейге? – Ислуин на это хмыкнул: очень даже представляет. – Вот-вот, – тоскливо подтвердил Энгюс, – обложили со всех сторон. Вот я и воспользовался случаем, нашёл дело, которое нельзя поручить кому-нибудь рангом пониже. И честное слово, просто сбежал.

– Искать невесту? – поддел магистр.

– Да какая невеста, – парировал Энгюс.

– Здесь я инкогнито, а без своего поста я ни одной девице не нужен. Так, отдохнуть и набраться сил.

Ислуин хотел было ещё раз поддеть, что на Эйдис инквизитор заглядывается со вполне мужским интересом. Да и девушке он, кажется, понравился с первого взгляда. Но тут за поворотом возле дороги показалась подходящая полянка, и пикировка была забыта. В несколько шагов магистр догнал брата с сестрой, махнул рукой и громко сказал:

– Сворачиваем. Привал и ужин.

Поляной, судя по следам и остаткам магии, для отдыха и обедов пользовались регулярно. Сейчас время было раннее для ночлега – в четыре часа сумерки едва начали укрывать лес своим серым покрывалом. До полновесной темноты ещё часа полтора-два. Для перекуса же время выходило позднее, нормальные путники в это время стараются идти быстрее вперёд, чтобы засветло добраться до постоялого двора. Поляна оказалась пуста.

Все четверо прошли в самый дальний край.