Ветер гасит пламя

Несколько раз вдохнув и выдохнув, привыкая к тому, что боли почти нет, он принялся рассказывать.

– Думаю, стоит объяснить с самого начала, чтобы вы поняли. Несколько лет назад Старший горный мастер искал поддержки своим отношениям с Империей и старался не допустить слишком уж тесных связей отдельных группировок с падишахом. Тогда мой патрон, как он мне объяснял, и увидел слабую сторону Республики. У нас нет единовластного правления. Поэтому, даже если самый умный и дальновидный знает, как нужно правильно поступить, толпа далеко не всегда ему позволит.

Гном харкнул, сплюнул накопившуюся мокроту в специальную чашу рядом с кроватью.

– Его слова убедили меня. И не только меня. К тому же Маргейра поддержали немало бесклановых, которым он пообещал изменить статус. Горный мастер решил заручиться поддержкой Бадахоса. Он говорил – они далеко, и никогда не смогут вмешиваться в наши внутренние дела, как императоры.

Ислуин на это хмыкнул: хватку Торгового совета он представлял себе весьма неплохо.

И был уверен – одним торговым путём через Яван их аппетиты не ограничатся.

– Вы правы, – было видно, что если бы позволили силы, гном встал и отвесил извинительный поклон. – Но я следовал за своим патроном, так как верил ему. Он умеет убеждать. Я довольно давно начал сомневаться в Горном мастере, не забота о Родине им двигала, а корысть. Но месяца два назад я случайно услышал разговор Мастера Маргейра и посла Бадахоса. Патрон хвастался, что легко подчинит и изменит всю Подгорную страну.

Ибо его противники скованы законами, а он давно понял – умный закон соблюдает только тогда, когда ему выгодно. Если же нет, то закон стоит и нужно нарушать для своей пользы.

Словно соглашаясь со словами гнома, по комнате прошелестел сквознячок, пламя в жаровне зачадило, завоняло дымом. Ислуин молча кивнул. Что же, мотив секретаря понятен. Мировоззрение любого гнома имеет опору в трёх столбах. Свой род, Республика и Закон. Закон можно обойти через непредусмотренную лазейку, его можно изменить к своей выгоде.

Но открыто заявить, что закон можно и нужно нарушать – святотатство почище осквернения алтаря у последователей Единого. Да и к бесклановым прочие гномы относились высокомерно и презрительно как к никчёмным бездельникам. А тут целая армия, которая при поддержке бадахосцев готовится выпотрошить самых богатых купцов и мастеров.

– Домин, знаете, какая новость в политике самая лучшая? – ухмыльнулся магистр. – Это отсутствие любых новостей.