Тень ассасина

Но это был совсем не тот транс, в который учили погружаться их. Когда Ангра, девушка из соседней кельи, попыталась сесть на пол – учитель мгновенно среагировал на движение так, как будто и не был погружен в глубины подсознания.

Стояли молча и довольно долго. До тех пор, пока группа учителей не дошла до последних келий. Разговаривать им не позволили, и гнетущая обстановка нервировала девушек. Вначале там, под этой белой накинутой хламидой, Гала пыталась что-то сделать с веревкой, не меняя выражения лица, не глядя на учителя, следя, чтобы не колыхнулись края ткани.

Однако, во-первых, связали их очень надежно, а во-вторых, каким-то непонятным образом учитель Вонго догадался о ее действиях. Взглянув ей в глаза, он отрицательно покачал головой.

Гала смирилась, в конце концов, за всю свою короткую жизнь она не видела от учителей ничего плохого.

Даже их наказания, иногда весьма тяжелые и изощренные, способствовали только одному – научить ее впредь не делать ошибок, стать умнее, сильнее, выносливее – поднять ее на новый уровень.

Наконец, собраны были все. Учитель Вонго взял короткий трезубец, выкрашенный светящейся массой – ими давно заменили факелы, и приказал следовать за ним. На выходе их уже ожидала вторая, мужская половина группы. Судя по тому, что некоторые из молодых людей выглядели слегка замерзшими и растерянными, ждали уже давно.

Начиналось предрассветное время, именуемое «часом быка», и в плотной серой мгле горная чаша казалась вымершей – не было видно даже солдат, которые всегда охраняли галерею.

А еще, Гала отметила, что на пути к выходу им не встретились ни рабы-уборщики, которые ночами мыли общие коридоры и комнаты, ни повара, которые в это время обычно уже возились на кухне. Все было тихо и мертво.

Каким-то образом все поняли, что это и есть тот самый час, когда они узнают все. Тот час, ради которого они долгие годы учились и совершенствовали себя. На лицах у некоторых появилось чувство отрешенности. Гала нашла глазами Юкиро и поняла, что он, хоть и старается это скрыть, встревожен.

Поднимались по каменистым узким ступенькам к галерее. Камень холодил ноги, Гала чувствовала, что замерзает, и не было никакой торжественности момента. Напротив, она испытывала раздражение от того, что все они связаны без объяснения причин. «Возможно, это знание сопряжено с болью. Но неужели учителя думают, что мы не вынесли бы этого!?». Пожалуй, эти мысли вызывали у нее злость и настороженность.