Чёрные начала. Том 6.

Уже на входе мне протянули одну-единственную пилюлю, чтобы залечить рану на ноге.

— Мы справились! — радостно воскликнула Люнь, однако я не разделял её оптимизма.

У нас ещё был целый зал, с которым надо было расправиться, и вряд ли это будет просто.

В этот день я выходил ещё два раза, но оба оказались против мечников. Самые обычные мечники, которые пусть по уровню и были повыше меня, однако по мастерству явно уступали. Если два предыдущих были скорее вызовом в плане совершенно иного противника, к которому надо найти правильный подход, здесь же всё оказалось куда проще.

Были и печати, и техники, однако основной упор был на фехтовании, и здесь я уделал обоих. Я будто оказался в своей среде. Эти быстрые взмахи мечом, возможность читать их движения ещё до того, как взмахнёт меч, парирования и атаки. Это как сесть за игру, в которой ты всегда был лучшим, и вновь начать уделывать всё и вся.

Одного если первого я сделал легко и просто, то вот со вторым пришлось попотеть, и, в конечном итоге, он мне оставил порез на груди до самых костей и глубокую резанную рану на шее.

Этот придурок явно намеревался меня угрохать, но стал сам первым на турнире (и, надеюсь, последним), кого я убил.

Уже когда исход был ясен и понятен, а он оказался на земле, пытаясь остановить кровь из ран на теле, придурок всё равно прыгнул на меня, использовав печать немного странной гравитации, которая буквально сминала, как моя, но с боков, будто пресс.

Я успел уйти в сторону лишь потому, что, даже победив, ожидал любой пакости, не строя иллюзий по поводу людей.

Я прошёл четыре раунда, и трибуны взорвались восторженными криками. И мне даже кажется, они обрадовались куда больше не победе, а смерти моего противника.

— Последний был слишком близок к тому, чтобы отправить тебя на тот свет, — заметил Гой, при этом выглядя довольным.

— Не ближе, чем остальные. Я следил за обстановкой.

— И всё же лучше таких добивать, а то, глядишь, однажды так и тебе отрежут голову.

Я знаю, что в каком-то плане Гой прав, но здесь было другое. К тому же, я не строил иллюзий, понимая, что не все готовы будут сдаться, как это было с последним. Кто-то да попытается ударить в спину, даже несмотря на то, что ему сохранили жизнь, просто ради победы. Поэтому я никогда не спускал глаз и был готов действовать, пока не будет объявлен конец боя.