Чёрные начала. Том 6.

Но неожиданность сделала своё дело — тот дёрнул кнутом на себя и вырвал у меня меч. Ну вот, теперь я вовсе без оружия.

Кошатников подлиз спрятал саблю обратно в ножны, оставшись со своим любимым кнутом, которым он слегка помахивал сейчас. Состоящий из множества острых кусочков метала, тот едва слышно позвякивал по камню, напоминая чем-то змею. Но что было странно, сам засранец напротив не спешил меня атаковать, наоборот, стал будто осторожнее.

И у меня мелькнула нелепая мысль, что он мог подумать, будто это был всего лишь отвлекающий манёвр с моей стороны, и настоящий бой будет сейчас, на кулаках.

Блин, чувак, не хочу тебя разочаровывать, но…

Но я бы очень хотел, чтобы мартышкообразный сейчас остановил бой!

Но нет, нихрена…

Хлыст неожиданно щёлкнул, и я едва успел увернуться от удара, который рассёк мне кожу. И тут же ушёл вправо, от ещё одного тычка. Бросился вперёд, схватив по пути ящик и бросив в него, пока парень отбивал его, сделал толчок ногой и подлетел к нему…

Едва не нарвавшись на кнут.

Тот неожиданно выпрямился, пулей устремившись ко мне, и…

Я уклонился. Почувствовал, как полоснуло по животу, но тем не менее я уклонился от удара, просто слегка уйдя в сторону и не прекращая бежать. Это было странное чувство, как будто мне было пофиг…

Нет, мне не было пофиг, конечно, но заторможенная реакция, заторможенные движения и мысли, и я просто чуть-чуть отвёл тело в бок, пропустив удар мимо.

Не сильно помогло мне это, так как в следующее мгновение кнут едва не обмотался вокруг меня.

А потом мне в голову пришла странная идея. Странная и настолько безумная, что мне показалось интересным её попробовать — я схватился за кнут.

Ладонь обожгло болью, будто мне вонзили раскалённые иглы прямо в ладонь, но из-за алкоголя теперь всё чувствовалось притупленно, да и циркуляция Ци помогала приглушить боль.

Я по хитрожопому, не собираясь давать ему возможности и дальше бить меня кнутом, просто начал накручивать тот на кисть. Накручивать как можно быстрее, как верёвку, не обращая внимания на то, что острые кусочки металла режут кожу и мясо, чиркая по костям.

Парень, явно растерявшись от такого поворота событий, дёрнул кнут на себя, а вместе с ним и меня так, что я буквально полетел на него.